Международная программа «Зов о Мире и Культуре», посвященная Пакту Рериха. Анонс. Друзья изменился адрес почты портала Адамант: adamant.rd@yandex.ru. Вышел в свет первый том сборника «Воин Света», посвященного Л.В.Шапошниковой. В Москве прошла Международная конференция «Детское изобразительное творчество как феномен современной российской художественной культуры». «Анастасиевская часовня рядом с мостом чувствует себя очень плохо» – Александр Голышев. Сбор средств для восстановления культурной деятельности общественного Музея имени Н.К. Рериха. Сбор средств для восстановления культурной деятельности общественного Музея имени Н.К. Рериха. Новости буддизма в Санкт-Петербурге. «Музей, который потеряла Россия». Виртуальный тур по залам Общественного музея им. Н.К. Рериха. Вся правда о Международном Центре Рерихов, его культурно-просветительской деятельности и достижениях. Фотохроника погрома общественного Музея имени Н.К. Рериха.

Начинающим Галереи Информация Авторам Контакты

Реклама



Немного о котах. Ольга Рожнёва


 

Коты-разбойники. Фото: архиеп. Вологодского и Великоустюжского Максимилиана

Коты-разбойники. Фото: архиеп. Вологодского и Великоустюжского Максимилиана

 

 

Любовь к жизни Ю
(почти по Джеку Лондону)


Дождись меня, пожалуйста! Не умирай! Тёплое весеннее солнышко так ласково пригревает, и скоро будут проталины, и зажурчат ручьи. И звонкая капель зазвенит весёлой песенкой. А если ты не умрёшь, мы с тобой дождёмся лета. И пойдём на травку. Она будет такая молоденькая, нежная, сладко пахнущая. И ты найдёшь свою особенную кошачью травку, будешь уминать витаминчики и жмуриться на солнце.

 

А я сяду рядом с тобой и тоже пригреюсь и почувствую себя моложе. Как будто позади нет череды этих долгих лет, будто скинула я их как тяжёлую сумку с плеч. Мы представим с тобой, что мы совсем юные. И нас никто не обижал. Мы не знаем, что такое предательство. И одиночество никогда не стояло угрюмо за нашими плечами. И по нашим щекам не текли слёзы потерь, безвозвратных потерь. Я что, плачу? — Нет, это просто ветер. От него слезятся глаза. Главные слёзы — их не видно. Это когда плачет душа. Ты знаешь, что такое душа, кот?

 

* * *

 

Я еду в поезде и вспоминаю своё знакомство с одним Оптинским котом. И надеюсь встретить его по возвращении. Вообще-то Оптинские коты – образец неги и покоя. Их никто не обижает, и они толстые, сытые и медлительные. Кот, с которым я познакомилась в прошлый приезд в Оптину, был исключением из правил.

 

Мне дали послушание — помогать одной старушке, духовному чаду Оптинского игумена Н., которая жила рядом со стенами Оптиной пустыни. В её небольшой комнате тепло и уютно. Вместе с этой бабушкой жила белоснежная кошка Мурашка. Мурашка, подвергнутая в юные годы стерилизации, никогда не имела котят, была очень спокойной, покладистой и аккуратной. Питалась она исключительно Вискасом и проводила дни в сонном безмолвии. Казалось, мало что волнует Мурашку, иногда она больше напоминала мне растение, а не кошку.

 

И вот как-то, когда в особенно морозный денёк я возвращалась с утренней службы, в приоткрытую мной дверь проскользнул кто-то лохматый, нечёсаный, с опилками на спине. Кот! Как я его не заметила?! Кот казался очень больным: дышал хрипло, с трудом. Смотрел на меня обречённо — ждал, что сейчас я выгоню его за дверь.

 

Бабушка с трудом поднялась с постели и, заметив кота, велела мне выгнать его вон. Объяснила, что это бездомный кот, который живёт на улице уже много лет. Как до сих пор не умер — непонятно. В драках ему порвали ухо, на сильном морозе он простыл и с тех пор дышит так тяжело и хрипло. Его все гоняют: кому нужен такой облезлый страшный кот?! А он всё ещё не умирает и, судя по всему, продолжает на что-то надеяться. А на что ему надеяться-то?! Уж лучше бы скорей околел-отмучился. А он – смотри-ка: живёт! Вот это любовь к жизни!

 

И она тяжело вздохнула. Раньше она любила кошек. А сейчас, тяжело болея, не обращала внимания даже на любимицу Мурашку, иногда грозилась выгнать её из дома. Что уж говорить про бродячего кота!

 

А меня зацепили её слова о том, что кот этот всё продолжает на что-то надеяться, когда надежды уже нет. И вдруг так странно защемило сердце. Кот, как мы похожи! Ты тоже знаешь, как это: стоять под окном, в котором так уютно, так призывно горит свет. Но горит не для тебя. И не для тебя тепло его очага. Да и где он, этот дом? В каких краях его искать?

 

И вот теперь между мной и этим бездомным котом протянулась какая-то тонкая ниточка. И эта ниточка не позволила мне хладнокровно выставить его за дверь на мороз.

 

Кот дышал хрипло и обречённо смотрел на меня. И я схитрила. Сказала хозяйке, что сейчас выгоню кота и даже приоткрыла дверь. А потом закрыла её. Кот поднял голову и смотрел на меня с удивлением. Неужели он всё ещё в тепле? Бабушка, успокоившись, легла и, как все старые люди, быстро уснула. А я разогрела суп и дала коту тёпленького супчика. Положила на бумажку свой кусочек рыбы из монастырской трапезной.

 

Думала, что он набросится на еду и сметёт её мгновенно. Но кот ел очень аккуратно и внимательно посматривал на меня. Закончив, тщательно умылся и только тогда подошёл ко мне. Он подошёл к моим ногам вплотную, и из его лохматого и больного тельца раздалось неожиданно ласковое и благодарное мурлыканье. Оно прерывалось тяжёлым и хриплым дыханием, и от этого казалось ещё более трогательным.

 

Я показала ему на стул рядом с печкой, и он прыгнул на него и сел как вкопанный, всем своим видом демонстрируя, что готов слушаться меня и подчиняться. Я удивилась. А потом поняла, что он был очень умным. Не знаю точно, кто умнее: коты или собаки. Владельцы тех и других обычно спорят по этому поводу. Часто говорят, что кошки ничуть не глупее собак, просто не хотят подчиняться и выполнять приказы хозяев.

 

Мой кот больше напоминал собаку. Когда он попытался перебраться на мягкий диван, то вопросительно посмотрел на меня и изготовился к прыжку. Но я отрицательно покачала головой и сказала тихонько: «Нельзя! Здесь твоё место – на стуле!» И он замер на стуле и больше не делал попыток перебраться куда-нибудь ещё. А когда кот приходил потом в другие дни, то по моему слову: «На место!», он вспрыгивал именно на этот стул.

 

Трудница Л. рассказала мне, что хорошо знает этого кота. И тоже поражается его воле и любви к жизни. Несколько раз в трескучие от мороза вечера она спасала кота: заносила в тёплый домик общественного туалета. Но взять его ей некуда.

 

Так у меня появился Кот. Я пыталась придумать ему имя, но все кошачьи имена казались неподходящими: слишком умный взгляд был у него для Пушка или Снежка. Я так и продолжала звать его: Кот. Он согрелся и ушёл. И стал приходить, как будто знал, когда я вернусь в келью.

 

Как-то у меня не получилось накормить его обедом дома – хозяйка не уснула, как обычно, а сидела за столом. И я вынесла тёплую еду в миске на улицу. Когда вернулась в комнату, услышала громкий лай. У дома обитали несколько собак, принадлежащих жителям барака. Они дружно носились по улице и изображали охранников и сторожей. На незнакомых лаяли. Меня они признали быстро: несколько раз я их подкармливала, и теперь они, встретив меня на улице, дружно виляли хвостами. Возможно, они напали на моего Кота из-за еды? Я выскочила на улицу в ожидании беды.

 

Глазам моим предстала следующая картина: на старом шкафу сидели два местных домашних кота в ошейниках от блох. Они даже близко не решались подойти к Коту. Где там изнеженным домашним любимцам тягаться с бродягой?!

 

Но ещё удивительнее было то, что недалеко от Кота, который спокойно поглощал обед с привычным хрипом простуженных лёгких, сидели два здоровых местных пса. Они тоже не решались подойти к миске и делали вид, что они-то никого не боятся, тем более, какого-то драного и больного кота. Просто на данный момент они сыты и отдыхают. А что близко к миске – так просто любопытно: и чего там лопает этот проходимец.

 

А проходимец ел, не торопясь, иногда останавливался и поднимал взгляд на собак. На домашних котов он даже не обращал внимания. А во взгляде, обращённом на собак, читалось: «Ну, попробуйте! Кто смелый?! Кто попытается отнять мою пищу, которую дала мне моя хозяйка?! Рискните здоровьем! Может, кто-то хочет любоваться на мир одним глазом?!» И собаки не решались подойти близко.

 

Я остановилась как вкопанная, увидев такое необычное зрелище: лохматый и драный бродячий кот спокойно и неторопливо обедает, и за этим обедом робко наблюдают два здоровых домашних кота и два здоровых пса. А Кот, увидев меня, ещё и начинает своё тихое, такое нежное на фоне его хриплого дыхания мурлыканье. Ах, Кот, да ты у меня самый храбрый кот на свете! Моё храброе сердечко!

 

На следующий день бабушка мирно спит, и я кормлю Кота дома. Мурашка смотрит на него как на чудо. И взгляд у неё сонный и глупый. А он не обращает на неё внимания. Ах, Кот, наверное, твоей подругой могла бы стать та, что знает холод январских ночей и одинокую участь бродяги.

 

Как-то внезапно бабушка просыпается, и я не успеваю выставить Кота за дверь. Он понимает, что дело туго, и всё может закончиться для него печально, и вдруг — исчезает. Кот, ты случайно не родственник Чеширского кота? Куда ты исчез? Я беру веник. Но не столько подметаю, сколько пытаюсь понять, куда делся Кот. Что за мистика такая?! Как сквозь землю провалился! И хриплого дыхания не слышно… Бабушка, походив по комнате, ложится опять и засыпает.

 

И вдруг из глубин шифоньера показывается нос, ухо, и вот мой Кот медленно и важно вылезает на белый свет. На морде написано: «Кто прятался? Я не прятался! Просто немного отдохнул в темноте. Прости уж, что не на стуле. Но я ж тебя подводить не хотел». Мурашка выглядит как придворная дама на балу: «Я сейчас упаду в обморок!» Она тоже не успела разглядеть молниеносных перемещений бродяги. А он проходит мимо и, наконец, будто в первый раз, замечает её – белоснежную, кроткую. И весь его вид, кажется, говорит: «Ну, что смотришь? Жить захочешь – и не такому научишься!»

 

Постепенно Кот начал выглядеть лучше. Гуще стала шерсть, чище и яснее глаза, и даже ободранное ухо уже не казалось таким страшным. Близилась весна. Это значило, что зиму мы с Котом пережили, и теперь совсем скоро – и травка, и солнышко. Небо над Оптинскими храмами стало высоким и ярко-голубым. По утрам звон колоколов сопровождало бодрое пение пташек: весна — весна, тепло – тепло!

 

* * *

 

Мне нужно съездить на пару недель домой: ждут неотложные дела. Вот уже получено благословение духовного отца и собраны вещи. Кот, я не могу взять тебя с собой: у меня тяжёлые сумки, ноутбук, да и как мы поедем через полстраны с тобой на поезде? И я скоро вернусь, понимаешь?

 

Кот смотрит внимательно. Он не мурлыкает хрипло как обычно. И не пытается приласкаться у моих ног. Он что-то понимает? Отворачивается от меня и уходит. Спина напряжена. И вид у него необычно несчастный. Или мне это кажется? Когда мы выходим с трудницей Л. на улицу, кота нет. А я хотела проститься…

 

Мы идём с Л. к автобусу, и я думаю: дождётся ли он меня? Может, умрёт? Кот, не умирай! Я ведь тоже больна и с трудом иду по тающей вязкой тропинке. Мне стыдно отставать от Л.: она старше меня почти на двадцать лет. И несёт мою тяжёлую сумку. У меня в руке ещё пакет, а за спиной ноутбук. Сердце частит, и я задыхаюсь. Останавливаюсь, чтобы отдышаться. Л. возвращается, молча отнимает у меня пакет и бодро шагает дальше. Останавливается, ждёт меня и вздыхает по-матерински: «Оль, ну, как ты там одна в Москве пойдёшь?! С твоим здоровьем нельзя тяжести носить! Нужно беречь себя!» Ничего, Кот! Я буду учиться у тебя — твоей воле и храбрости!

 

Я иду и думаю, что Кот может решить, что его предали. Эта мысль не даёт мне покоя. Когда ты уже знаешь, что такое предательство, — бывает тяжело, невозможно довериться, открыть свою душу. Когда не любишь — тебе не могут причинить такой боли. Самую сильную боль нам причиняют те, кого мы любим.

 

Кот поверил мне. Поверил в то, что у него появился кто-то, кто заботится о нём, кому он небезразличен. И я представляю себе, как он придёт к двери, которую никто перед ним не откроет. И он будет долго сидеть на сыром весеннем ветру. Потому что теперь ему будет всё равно. И он равнодушно ляжет на снег и замёрзнет, потому что не захочет возвращаться в ту жизнь, где он был так одинок.

 

Кот, дождись меня, пожалуйста! Не умирай! Я вернусь!

 

29 августа 2013 года

 

Рассказ второй

 

 

 

В 2009 году, в сырой и холодный весенний день, под стук колес поезда дальнего следования, я написала рассказ про кота: «Любовь к жизни (почти по Джеку Лондону)». Кот этот жил рядом с Оптиной и поразил меня своей любовью к жизни, каким-то своим кошачьим мужеством. Я ехала в поезде, тревожилась о его судьбе и свои переживания записала.

 

Конец истории оказался добрым: вернулась я в Оптину через две недели, кот, которого по моей просьбе подкармливали, дождался меня и прожил со мной еще два года. А потом умер. От старости. Всё-таки это был уже совсем немолодой и очень больной кот. Думаю, эти два года были счастливыми в его кошачьей жизни.

 

А рассказ я оставила таким, каким он был записан в поезде, потому что говорилось в нем об одиночестве, о мужестве и стойкости, о верности и предательстве…

 

* * *

 

На днях, после Литургии в Оптиной Пустыни, я присела на скамейку в тени деревьев. Тихонько раскрыла Псалтирь. Осеннее солнышко не палит, а нежно ласкает спину, деревья чуть тронуты позолотой, цветы еще радуют своими ароматами и оттенками красок, далеко разносятся в прозрачном сентябрьском воздухе перезвоны Оптинских колоколов. Хорошо!

 

К скамейке подходит оптинский инок, отец В. Здоровается, кивает благодушно седой головой. Протягивает мне мою книгу «Монастырские встречи»:

 

– Прочитал, благодарю.

 

– Отче, присядь, передохни минуту.

 

– Некогда. На послушание нужно идти… Ладно, ненадолго присяду… Забегался с утра… Я тебе вот что хотел сказать: напиши-ка историю про моего кота. Рыжим звали.

 

– Про кота?! Но я…

 

– Да. Про кота. Так, ладно, минут пять-десять я могу передохнуть. А про Рыжего – полезная история, назидательная. Он, понимаешь, был кот очень благочестивый.

 

– Благочестивый кот?!

 

– Не перебивай. Слушай лучше да запоминай.

 

Отец В. прищуривается, смотрит вдаль, минуту молчит, а потом рассказывает мне свою историю.

 

Когда он жил в миру, с мамой в деревенском доме, у них были два кота: Рыжий и Тишка. Рыжий был весь рыжий-прерыжий, и даже нос у него тоже был рыжим. А Тишка был красивый сиамский кот.

 

Тишка был животное как животное. Если напроказничает, то удирает в страхе от наказания. Когда с ним играли, мог и в руку вцепиться беспощадно, когтями поцарапать. Не разбирался особенно.

 

А Рыжий был совсем другим. Вот люди бывают – плотские, душевные и духовные. Иногда рождаются гиганты духа, такие, скажем, как преподобный Серафим Саровский. В некоторых душевных людях только проблески духовного, все же остальные устремления на сиюминутное, земное направлены. О Боге, о небесах почти не вспоминают. А есть и такие, в которых одни плотские страсти бурлят.

 

Так и животные – различаются по своему устроению. В одних только звериное и проглядывает, а в других есть какое-то благородство. У животных духа нет, но некоторые из них какие-то душевные качества у человека перенимают. Они ведь тоже – Божьи создания, и иногда через них Господь что-то человеку открывает.

 

Рыжий рос очень добрым. Даже когда маленьким был, никогда не оцарапает, всегда следил, чтобы не причинить боли, чтобы не укусить, даже когда ему самому боль причиняли. Терпел. Если ругали, он стыдился. Голову виновато опустит… Ты его шлепнешь, а он трется у ног ласково, как будто прощения просит.

 

Один раз прямо в огороде мыши развелись. Миша (в миру отца В. так звали) поворошил грядку, а там мышей полным полно. Миша принес к грядке Рыжего, а тот смотрит на мышей и вздыхает только. Так он ни одну мышь и не убил. Михаил потом смеялся: «Ты, Рыжий, у меня кот монашеский: от мяса отказываешься».

 

Когда Миша утренние и вечерние молитвы читал, Тишка в этом деле не разбирался: летал по комнатам, как ему изволится. А вот Рыжий, когда хозяин лампадку зажигал, сразу шел к печке и лежал cмирно, не двигаясь: дескать, понимаю, хозяин, что дело у тебя важное, и мешать не смею.

 

Вырос Рыжий огромным котом, весил больше четырех килограммов. Иногда уходил из дома на несколько дней к своим кошачьим подругам. Несколько раз было: в лютые морозы пропадет Рыжий из дому – и нет его. Мороз страшный трещит, а кот где-то на улице. Миша уж выйдет: и там посмотрит, и сюда заглянет – нет нигде кота. Расстроится Миша, а потом скажет про себя: «Ладно, постараюсь не расстраиваться: Бог дал, Бог взял».

 

Только так подумает – как за дверью: Мяу!

 

Рыжий вернулся! Кончики ушей подморожены, но сам живой и здоровый.

 

Первый раз заболел Рыжий, когда у Миши мама умерла. А кот очень любил ее. И вот стал чахнуть на глазах. От четырех килограммов очень быстро осталось только два. Еле ходит по комнате. Жалобно так смотрит. Подойдет к любимому месту мамы, где она обычно сидела, ляжет и лежит – тоскует. Тишка вроде и не заметил потери хозяйки. Его кто накормил – тот и хозяин. А Рыжий угасать стал.

 

– Понимаешь, Оля, мы ведь – все вместе – люди и их питомцы – мы вместе…

 

Отец В. не может подобрать слова, чтобы объяснить то, что он чувствует, что понимает его душа. Морщится, машет рукой и продолжает:

 

– Я тогда решил помолиться за Рыжего. Был как раз праздник святых Флора и Лавра. Стал молиться святым: помогите Божьему созданию, исцелите, если есть на то воля Божия. И что ты думаешь? – Поправился Рыжий. Начал кушать, через месяц опять четыре килограмма весил.

 

Так мы и жили. А потом я собрался в монастырь. Уехал. В доме родственники поселились. Приезжаю через пару месяцев по делам, а мне говорят: «Рыжий по тебе так тоскует, что заболел опять. Как ты уехал, он и есть перестал. На глазах тает». Смотрю: а он снова стал худой-худой. Увидел меня – идет ко мне, а сам качается от слабости. Прижался к ногам моим и не отходит. Как будто жить он без меня не может.

 

Вечером легли спать, Рыжего в ноги положил, он сам и на диван не смог вспрыгнуть. Ночью проснулся – нет Рыжего. Слышу: далеко жалобное такое мяуканье – как стон. Встал, пошел искать кота. А он умирать ушел, оказывается, в погреб. И тут не хотел причинять беспокойства. Спустился я в погреб, зажег свечу, вижу: лежит Рыжий, сам в земле, и даже нос его рыжий тоже весь в земле. Я поднял его легкого, почти невесомого на руки, отряхиваю, а он прижался ко мне всем своим тельцем кошачьим.

 

Умирает уже. Сел я прямо в подполе на приступок, держу его на коленях, глажу рыжую шерстку, а он, умирающий, из последних сил начинает мурлыкать – слово свое благодарственное мне говорит. Плохо ему, больно, а он мурлыкает из последних сил: дескать, люблю я тебя, хозяин мой, и благодарю за ласку.

 

Отец В. умолкает и отворачивается в сторону. Старается незаметно смахнуть слезы. Откашливается и прерывающимся голосом говорит:

 

– Вот тебе и история короткая и грустная – про кота. Напиши про Рыжего. А я пошел на послушание – и так уж засиделся здесь с тобой…

 

26 сентября 2013 года

29.07.2015 16:04АВТОР: Ольга Рожнёва | ПРОСМОТРОВ: 1709


ИСТОЧНИК: ПРАВОСЛАВИЕ.RU



КОММЕНТАРИИ (1)
  • Ольга23-08-2015 10:36:01

    Спасибо Вам за Ваше участие и любовь к животным! И написали Вы так проникновенно, что невозможно прочитать без слез!

ВНИМАНИЕ:

В связи с тем, что увеличилось количество спама, мы изменили проверку. Для отправки комментария, необходимо после его написания:

1. Поставить галочку напротив слов "Я НЕ РОБОТ".

2. Откроется окно с заданием. Например: "Выберите все изображения, где есть дорожные знаки". Щелкаем мышкой по картинкам с дорожными знаками, не меньше трех картинок.

3. Когда выбрали все картинки. Нажимаем "Подтвердить".

4. Если после этого от вас требуют выбрать что-то на другой картинке, значит, вы не до конца все выбрали на первой.

5. Если все правильно сделали. Нажимаем кнопку "Отправить".



Оставить комментарий

<< Вернуться к «Публикации разных авторов »