М.В. Ломоносов и его вклад в естествознание. В.А. Перцов. Одиночество гения (о Ломоносове). Юрий Ключников. Добровольное пожертвование. Знамя Мира – красный крест Культуры. М.П. Куцарова. Звездное небо Михайлы Ломоносова. К 300- летию со дня рождения. Разрушение музея Рериха: игра по-крупному. Елена Кузнецова. Добровольное пожертвование. Чудеса и не только. Следы Ангелов. Отвергнутый Вестник. Л.В. Шапошникова.

Начинающим Галереи Информация Авторам Контакты

Реклама



Мечта преображения.Часть I. Е.П.Маточкин


Серия «Его страна» Н.К. Рериха и «Мистерия» А.Н. Скрябина

 

Из всех направлений Русского космизма, пожалуй, наименее исследованным остается искусство, в частности, творчество двух его ярчайших представителей - Николая Константиновича Рериха и Александра Николаевича Скрябина. Между тем и живопись Рериха, и музыку Скрябина объединяет одно очень важное обстоятельство — устремленность к Востоку, Индии, ее духовному магниту. Устремление это было столь глубоким, что наложило отпечаток на все их поздние творения и определило сокровенную суть их самых значительных произведений.

 

Приехав в Индию Николай Константинович Рерих создает три серии картин: "Его страна», «Знамёна Востока» и «Майтрейя», которые являются крупнейшими его сочинениями. Серию «Его страна», состоящую из 12 полотен, Рерих писал в расцвете своего дарования — в 1924 голу. Здесь, в Индии, работы мастера, наполненного радостью от долгожданной встречи с горной страной, обрели особую живописную свободу и художественную высоту.

 

Бытует мнение, что творчество Николая Рериха делится на два периода — русский и индийский, и всё созданное художником в Индии всецело посвящено Востоку. Однако сам Рерих опровергал такое утверждение и писал: «Повсюду сочетались две темы — Русь и Гималаи»[1]. Это в полной мере относится и к серии «Его страна». И хотя внешне образы картин связаны с гималайскими пейзажами, однако в них несомненно заключено то, что было взлелеяно на почве Русского культурного ренессанса. Не случайно в замысле цикла прослеживается общность с волновавшими деятелей Русского космизма рубежа веков и начала XX столетия эсхатологическими идеями.

 

Наиболее отчетливое отражение они нашли в космически-преобразовательных идеях «общего дела» Н.Ф. Фёдорова, в его мечте о воскрешении всех предков человечества, достижении бессмертия и всеобщего братства. К.Э. Циолковский предвидел в недалеком будущем сношения с дальними мирами и эволюцию человеческого организма к непосредственному усвоению солнечных лучей. Философы Всеединства разрабатывали учение о христианском «богочеловеческом процессе" как о совокупном спасении человечества. В сфере искусства эсхатологические образы привлекали внимание художников Л.С. Бакста, К.Ф. Юона; в музыке они наиболее ярко проявились в творчестве гениального А.Н. Скрябина.

 

Известно, что все последние годы жизни композитор был поглощен замыслом «Мистерии» — грандиозного художественно-литургического действа, призванного духовно преобразить людей и завершить историю Вселенной. Первым этапом «Мистерии» и своеобразным прологом должно было стать «Предварительное действие» — некий синтетический соборный акт, содержание которого отразило бы эволюцию и инволюцию миров, человеческих рас и отдельной личности. Все это проистекало из скрябинского понимания истории Вселенной как процесса возвышения «человеческого сознания до всеобъемлющего Божественного сознания...»[2]. Композитор успел написать только поэтический текст, хотя «Предварительное действие» мыслилось им как проявление универсального Всеискусства, воздействующего своей магической красотой на все чувства человека, вплоть до обоняния и осязания.

 

Замыслы Рериха и Скрябина формировались в русле эстетики Серебряного века, когда понятие красоты приобрело некий трансцендентный оттенок, а искусство — теургический смысл. «Истина — в красоте. Искусство — вот наша религия»[3] — эти слова М.А. Врубеля очень характерны для воззрений художников того времени. «Красотою побеждаем. Красотою молимся»[4], —формулировал свое кредо Н.К. Рерих. По его представлениям, «...эволюция человечества имеет высшее выражение в Красоте» [5]. Скрябин, ощущая себя вселенским пророком, в финале своей Первой симфонии призывал все народы мира собраться и воспеть славу искусству, которое есть «дивный образ божества».

 

В творчестве Рерих и Скрябин были последовательными символистами и подчас вынашивали сходные идеи и образы. Очевидна параллель между главным скрябинским опусом «Поэма экстаза» и рериховскими «Экстазами», над которыми художник работал в 1917-1918 годах и начале 1930-х. Оба были незаурядными поэтами, постоянно общались с современными писателями и подобно им были убеждены в собственном теургическом призвании к «пересозданию человечества» (А. Белый). Стихи Вяч. Иванова из сборника «Cor Ardens» Скрябин перечитывал многократно. А Рерих создал несколько живописных полотен под тем же названием. Главное, оба мыслили по-вселенски масштабно, и не случайно их причисляют к крупнейшим представителям Русского космизма в искусстве.

 

I-ая половина красочного калейдоскопа картин Н.К.Рериха из серии

 

Однако Скрябина и Рериха сближало, как уже отмечалось, и особое тяготение к Востоку: оба глубоко интересовались теософией и изучали труды Е.П. Блаватской. Свою «Мистерию» композитор планировал исполнять в предгорьях Гималаев, на берегу озера. Согласно его сценарию «человечество пойдет туда, где будет храм, в Индию. В Индию потому, что там колыбель человечества, оттуда человечество вышло, там оно и завершит свои круг»[6]. Все последние годы он мечтал приехать в эту страну и «около Тибета» встретиться с Махатмами [7]. Однако этому не суждено было сбыться; в 1915 году в возрасте 43 лет Скрябин внезапно скончался. Через девять лет его сокровенную мечту осуществил Рерих, отправившись в Центрально-Азиатскую  экспедицию. Тогда-то и была им создана серия «Его страна».

 

Тематическое содержание полотен этого цикла тяготеет к мифопоэтическим представлениям; в то же время необыкновенно сильное первое впечатление от Гималаев, мастерски переданные влажный воздух предгорий и скрывающий их клубящийся облачный покров, открытое любование горными панорамами с сияющими снежными пиками — всё это необычайно оживляет образы картин Рериха и убеждает своей жизненностью. Миф, легенда становились художественной реальностью, которая, по мысли автора, прежде всего должна воздействовать своей красотой. И в это стремление нести прекрасное художник вкладывал столько энергии и вдохновения, что сложилось мнение об особой магнетической силе его полотен. Действительно, трудно объяснить словами, почему искусство Рериха так волнует души, заставляет думать, переживать... Наверное, присутствующий в его картинах некий скрытый и загадочный смысл и есть тайна Востока — тайна притягательная и манящая, полная глубокой мудрости и очарования. Но с первого взгляда ясно: художника уже по этим работам 1924 года можно назвать выдающимся мастером гор. Он, как никто из живописцев Запада и Востока, сумел воплотить в своем творчестве не только красоту, но и сам дух Гималаев.

 

II-ая половина красочного калейдоскопа картин Н.К.Рериха

 

Все двенадцать картин, составляющие серию, примерно одного формата. Они производят впечатление яркого красочного калейдоскопа, в котором ночь сменяется феерией восхода, а день - пламенеющим закатом. Художник словно наблюдает откуда-то сверху, как планета, вращаясь, омывается потоками солнечного света. Возможно, автором был задуман именно такой, «световой» порядок полотен. В соответствии с этой идеей мы и располагаем произведения серии. Более того, с таким порядком согласуется композиционное движение в картинах: симметричным образом оно начинается на краях и устремляется к центру, где и приостанавливается. Описание же полотен можно начинать поэтому либо слева, либо справа. Однако нам представляется, что логика драматургического развития, предполагающая кульминационное завершение, обуславливает прочтение на восточный лад - справа налево, против естественного «светового» хода произведений. Таким аналитическим путем мы постепенно проникаем в авторский замысел серии, мозаично изложенный в отдельных произведениях.

 

Итак, первое полотно — «Жар-Цвет». Ночь... Как пишет Рерих, легенда о чудесном огненном цветке, широко известная по всему миру, родилась в Гималаях. «Около Фалюта на путях к Канченджанге растет Н.К. Рерих.драгоценное растение черный аконит. Цветок его светится ночью. По этому свету и отыскивают это редкое растение. Легенда русского Жар-Цвета, волшебного цветка исполнения всех желаний, ведет не к предрассудку, а в тот же родник, где скрыто еще так многое»[8]. Художник символическим языком своего искусства повествует эту историю: перед нами не растение, а маленький вулкан на вершине горы с огненным кратером в виде гигантского цветка. К нему в темноте, преодолевая все препятствия, добрался отважный человек. Путь ему освещали лишь белоснежные гиганты-восьмитысячники во главе с Эверестом, в их грандиозном космическом размахе таится особая зовущая сила, которая и вела искателя.

 

Рериховский герой - это характерный для Скрябина прометеевский образ человека, стремящегося овладеть огненным сокровищем. Оно сияет в горе, которая по своей форме напоминает сердце. Все эти изобразительные символы: сердце, огонь, беспредельное пространство — увязаны в картине единым художественным замыслом. Он раскрывается в словах самого автора, который познание «космического огня» приравнивает к открытию «сердца, вмещающего явление Вселенной»[9].

 

Картина «Сокровище мира». Вечер. Видение на закате. Рерих так описывает этот сюжет: «На краю пропасти, у горного потока, в вечернем тумане показываются очертания коня. Всадника не видно. Что-то Н.К.Рерих. Сокровище Мира. 1924необычно сверкает на седле. Может быть, это конь, потерянный караваном? Или, может быть, он сбросил всадника, перепрыгивая через пропасть? Может быть, этого коня, ослабевшего, бросили на пути, и теперь, отдохнувший, он ищет владельца? Так мыслит рассудок, но сердце вспоминает другое. Сердце помнит, как от великой Шамбалы, от священных горных высот в сужденный час сойдет конь одинокий, и на седле его, вместо всадника, будет сиять сокровище мира: Норбу Римпоче — Чинтамани — Чудесный камень, мира спаситель. Не пришло ли время? Не приносит ли конь одинокий,  нам сокровище мира?»[10]. Художник изображает узкое ущелье, окруженное скалами с ликами каменных идолов. Закатным лучом полыхает дальняя гора. Откуда-то сверху спускается конь, несущий на спине ларец, который словно объят розовым пламенем. Сияющие краски здесь те же, что и у огненного феномена в картине «Жар-Цвет». Связи эти не случайны: в работах художника присутствует этот вездесущий космический Огонь...

 

Казалось бы, в произведении «Помни» есть ясно читающийся сюжет —прощание горца с семьей, и всё содержание полотна должно им исчерпываться. Однако эта чисто внешняя канва дает повод мастеру Н.К.Рерихпоказать, что у местных жителей любовь к дому сливается с любовью к белоснежным гигантам Гималаев. «Почитание Канченджанги простым народом не удивит вас, потому что в этом вы видите не суеверие, а реальную страницу поэтического фольклора. Это народное благоговение перед Красотой Природы находит отклик в возвышенном сердце впечатлительного странника, который, тронутый великолепием здешней красоты, всегда готов поменять город на Горные Вершины» [11].

 

Рерих не случайно обращается к культу гор, широко распространенному у народов Азии. По преданию, древний народ Индии узнавал в великолепии Гималаев улыбку всемогущего Вишну [12]. Представление о том, что высочайшая вершина является обителью высокого духа, истолковано художником в явно символическом ключе. Застывшая в торжественном молчании перед ликом Гималаев фигура всадника на белом коне говорит о многом. Рерих намеренно сопоставляет желтое на передней кромке и далекую синеву, создавая мощное цветовое напряжение; затем оно завершается грандиозным, навсегда запоминающимся зрелищем блистающей Канченджанги — Горы Пяти Сокровищ.

 

На картине «Книга мудрости» Рерих изображает сидящего на холме священнослужителя, погруженного в чтение фолианта. Внизу виднеется долина, справа — скала с древним сооружением, а впереди синеют Н.К.Рерихпредгорья, теряющиеся в голубой дымке. И над всем этим за пеленой тумана возвышается белоснежная цепь Гималаев с пирамидой Канченджанги. К ней повернута фигура читающего, от нее исходят, как вселенские строки и письмена, слегка подернутые облачным покровом ряды хребтов. И видится средь них неясная крылатая фигура, быть может, сам дух Канченджанги, словно запечатлевающий сокровенную мудрость на страницах священной книги.  «От вершин откровения»[13] - пишет о том художник. Ведь известно, что народы Азии воспринимают туманы как мысли, бегущие с чела божественных духов-великанов. «Самые высокие знания, самые вдохновенные песни, самые высшие звуки и цвета создаются в горах. На самых высоких горах находится Высшее. Самые высокие горы стоят как свидетели Великой Реальности»[14], - продолжает Рерих легенду Древнего Востока.

 

В работе «Жемчуг исканий» на небольшой площадке, поднятой в заоблачные выси, — Учитель и внимающий ему ученик. Над ними, за морем облаков, сияет Гора Пяти Сокровищ. В руках Учителя нить Н.К.Рерихжемчуга, которую он внимательно рассматривает. Восточная традиция представляет эволюцию человека в виде жемчужного ожерелья, каждая бусина которого есть одно из его жизненных проявлений. Известно, что образование жемчуга происходит в живом организме —и это длительный процесс. Человек, преодолевая жизненные испытания, обретает новые качества, и сущность его постепенно становится сияющей, как переливчатый блеск перламутра. В каждой жемчужине Учитель видит итог долгой и неустанной работы духа ученика.

 

Ряд ассоциаций возникает при анализе композиционного построения произведения: белые клубы облаков словно исходят из нити ожерелья и далее растекаются к снежным горам. Рука Учителя, а вслед за ней и одна из извивающихся волн тумана направлены прямо к Канченджанге. Видимо, среди жемчужин нашлась такая, которая положила начало верному, нетрудному пути восхождения к сияющей вершине. Ее величественная корона, как строгое архитектурное строение, возносится над всеми темными предгорьями и вонзается в купол неба. Там нет хаоса облаков, полутеней и рассеянного света, там — алмазное сверканье!

 

Полотно «Белый и Горний» совершенно замечательно по ощущению небесного простора. Чувство восторга, которое охватывает покорившего вершину человека, так и веет с этой картины. Художник словно Н.К.Рерихвознесся на высоту Эвереста и созерцает открывшуюся панораму гор. «Как только вы подниметесь на пики Гималаев, — пишет Рерих, — и окинете взглядом космический океан облаков внизу, вы увидите бесконечные валы скальных цепей и жемчужные вереницы облачков. Позади них движутся серые слоны небес, тяжелые муссонные облака. Разве это не космическая картина, которая даст вам возможность понять великие творческие проявления?»[15].

 

Творческие проявления Рерих прежде всего связывает с неограниченными возможностями человеческого духа; они находят свое символическое выражение в отрыве от земного тяготения. Среди облаков самых фантастических очертаний художник рисует на переднем плане одно, удивительно напоминающее две огромные человеческие фигуры - мужскую и женскую, прислонившие головы друг к другу. Они стоят здесь как завороженные и любуются красотой верхнего мира Гималаев. А вокруг—целый океан непередаваемо разнообразных по своим формам и нежнейшей колористической гамме туманов. Два валёра —белый и небесный — составляют ее основу. Градация тона просто поразительна! Картина эта — живописная симфония, подобная горней музыке Скрябина.

 

Литература:

1. Рерих Н.К. Листы дневника: В 3т.М:.МЦР,1995г. Т. 2. С. 472
2. Записи АН. Скрябина//Русские пропилеи. М.: Издание Сабошникова, 1919.Т.6.С 170
3. Врубель. Переписка. Воспоминания о художнике. Л.: Искусство, 1976. С. 154.
4. Рерих Н.К. Из литературного наследия. М.: Изобраз. искусство, 1974.
С. 136
5. Рерих Н. К. Шамбала. М:.МЦР, 1994. С.181.
6. Сабанеев Л.Л. Воспоминания о Скрябине. М:. Классика — XXI, 2000. С.95.
7. Там же. С.303.
8. Рерих Н. Цветы Мори. Пути Благословения. Сердце Азии. Рига: Виеда, 1992.С.137.
9. Рерих Н.Твердыня пламенная. Рига: Виеда, 1991. С.196.
10. Рерих Н.Держава Света. Священный дозор. Рига: Виеда, 1992. С.193-194.
11. Рерих Н.К. Шамбала. С.47-48.
12. Там же. С.45.
13. Рерих Н. Твердыня пламенная. С.197.
14. Рерих Н.К. Сокровище снегов. // Шамбала. С.45.
15. Там же. С.46.

01.01.2008 03:00АВТОР: Е.П. Маточкин | ПРОСМОТРОВ: 3046


ИСТОЧНИК: Рерих: Пророчества/ В.П.Князева, И.Н.Кузнецова, Е.П.Маточкин. — Самара:Издательский дом "Агни",2004.—200с.:ил.



КОММЕНТАРИИ (0)

ВНИМАНИЕ:

В связи с тем, что увеличилось количество спама, мы изменили проверку. Для отправки комментария, необходимо после его написания:

1. Поставить галочку напротив слов "Я НЕ РОБОТ".

2. Откроется окно с заданием. Например: "Выберите все изображения, где есть дорожные знаки". Щелкаем мышкой по картинкам с дорожными знаками, не меньше трех картинок.

3. Когда выбрали все картинки. Нажимаем "Подтвердить".

4. Если после этого от вас требуют выбрать что-то на другой картинке, значит, вы не до конца все выбрали на первой.

5. Если все правильно сделали. Нажимаем кнопку "Отправить".



Оставить комментарий

<< Вернуться к «О картинах Николая Константиновича Рериха. »