Международный Центр Рерихов выпустил третий том Справочника по наследию Рерихов. 110 лет со дня рождения Сергея Павловича Королёва. Сергей Юферев Сообщение Международного Центра Рерихов. Помощь Международному Комитету по сохранению наследия Рерихов. «Музей, который потеряла Россия». Виртуальный тур по залам Общественного музея им. Рериха. МЦР. Помощь Международному Комитету по сохранению наследия Рерихов. Вся правда о Международном Центре Рерихов, его культурно-просветительской деятельности и достижениях. Фотохроника погрома общественного Музея имени Н.К. Рериха.

Начинающим Галереи Информация Авторам Контакты

Реклама



Зимняя рапсодия. Игорь Муханов


Вечность

 

Вечность похожа на дождь: в ней столько же лет, сколько в дожде капель. Я однажды начал считать, но сбился со счета. Вышел под проливной дождь, встал и заулыбался от нахлынувшего вдруг счастья: Вечность упруго плескалась в моих ладонях, пуская пузыри!

 

Шум дождя

 

В небольшом провинциальном городке, где я родился, было столько цинковых крыш, что, когда шел дождь, крыши издавали мощный, непрерывный гул. Странно, но и сейчас, в зрелом возрасте, когда идет дождь и его капли выбивают торопливую дробь по крыше, душа моя волнуется. Она летит туда, где когда-то, в бревенчатом старом доме вошла в тело новорожденного малыша, и слушает теплый майский дождь, как седьмую симфонию Бетховена.

 

Стихи-младенцы

 

Как чувствуешь спиною взгляд человека, так чувствуешь иногда и взгляд стихов, только что записанных тобой на листок бумаги. Они как младенцы, пришедшие в этот мир, внимательно изучают своего родителя...
К какой категории существ он относится?
Сколько у него рук и ног?
Чем в этом мире занимается?
И так далее.

 

Оберег

 

«Большой хищник, вернувшийся с юга, летел мне навстречу и, разглядев, кто я, вдруг круто повернул обратно»,  - писал некогда Пришвин.
Выучу эту фразу наизусть и буду, как оберег, носить ее весь день в своем сердце.
И как сказано в этой фразе, так и случится.

 

Истинное лицо человека

 

Желая узнать истинное лицо человека, я взял и сорвал с него однажды маску. Но под маской оказалась другая маска, и под ней - тоже маска. Сорвав, наконец, седьмую и последнюю маску с человека, я вдруг увидел бездонное звездное небо...
- Чего ты добился, - рассмеялся тогда за моей спиной дьявол, - ведь ты так и не увидел истинного лица человека!
- Зато я узнал, что человек - это сама Вселенная, - ответил я ему.

 

Дружба

 

Даже огонь – страшный порой разрушитель - говорит на языке форм о дружбе самых разных народов!
До сих пор в каждой русской избе живет всю зиму косматый японский дракон. Знай, уплетает в своей печной конуре сосновые да березовые дрова, виляя красным хвостом из трубы. А цветы-васильки газовых конфорок на кухнях Японии такие же синие, как и на пшеничных полях среднерусской возвышенности.

 

Два солнца

 

Гордый стебель травы укорял свой собственный корень:
- Я живу для того, чтобы тянуться к солнцу. Но для чего живешь ты, жалкий подземный червяк?
- Я тоже тянусь к солнцу, - отвечал корень. - Оно огненно-красное, находится в центре земли и греет меня даже зимою.

 

Из обращений Заратустры к своим ученикам

 

«... Уходящие к солнцу, не забудьте оставить в ваших квартирах боль неутоленных надежд.
Уходящие к солнцу, не заботьтесь о своей обуви: её не испортят ни острые камни, ни дожди.
Уходящие к солнцу, не забудьте сказать вашим близким, что вы отправляетесь всего лишь в лавку продуктов, расположенную на соседней улице, купить для них славный подарок».

 

Зимняя рапсодия

 

Когда падает первый снег, укрывая собой еще теплую и влажную землю, дети ходят по улицам города с вытянутыми вперед руками, словно просят у неба самую яркую звезду.

 

Охотник за мыслью

 

– Что ты делаешь на этой поляне, среди бабочек и стрекоз?
- Охочусь за мыслью.
- Разве у мысли есть крылья, и она беззаботно порхает с цветка на цветок?
- Именно так.
- Но почему я ни разу не видел, как порхает на поляне мысль?
- Когда увидишь, станешь таким же, как я, охотником за мыслью!

 

Стрекоза

 

Как пуля, попавшая в стеклянный куб, застревает с тревожным хрустом в его середине, так застряла в воздухе стрекоза, увидев Поэта на лужайке (он любовался своей Отчизной, казавшейся ему то нежно-розовой, то голубой, лежа в траве, пахнувшей так душисто).

 

Зарисовка

 

Ранней весной, на солнцепеке, пробил влажную зернистую почву стебелек. Хорошенько огляделся по сторонам - нет ли где травоядного животного? – и гордо раскрыл свой первый листок, как зеленое знамя.

 

Совет

 

Если ты сочинил свои стихи на природе, под застенчивый шелест заглядевшейся в речку листвы, дай сначала послушать эти стихи ивам, солнечным зайчикам, кувшинкам, а уж потом читай их и своим двуногим друзьям.

 

Тамерлан и поэзия

 

Предводитель Синей Орды Тамерлан – молния в тучах для многих народов Азии – запрещал своим воинам писать стихи и, вообще, заниматься каким-либо творчеством. Для осуществления своих смелых захватнических планов Тамерлану нужны были люди, способные убить даже родную мать, если такой приказ им поступит. Но поэзия… Тамерлан видел, как синели у человека глаза, когда он с нею встречался, когда касался краев ее священной одежды… С каждым новым листком, исписанным стихами, на землю сходило само Небо, которое осуждало войну!
Тамерлан поощрял своих воинов молиться Аллаху, выпрашивать у него победу над своим врагом, но стихи… Стихи звали к обратному! Они звали любить человека, быть ему братом на все времена, звали в небо, звали учиться летать…
Стихи были сильнее молитвы, и Тамерлан, считавшийся самым бесстрашным воином, когда-либо рождавшимся на просторах Азии, их боялся.

 

Острое чувство

 

Иду по сырью, из которого изготавливаются люди. Иду по останкам прежде величественных солнц, Архангелов и Богов, управлявших когда-то мириадами меньших жизней. Иду по влажному и зернистому веществу, ни с чем на этом свете не сравнимому…
Иду по тебе, земля!

 

Новая тропинка

 

Тропинка в лесу, утопая в хрупких листьях папоротника, кружила и виляла зачем-то, хотя до шоссе, шумевшего своими автомобилями подобно шмелю, было совсем близко.
Но вот пришла осень, за ней зима, и все в лесу, что прежде так радовало душу, оказалось засыпанным снегом, на который в ясные дни ложи¬лись широкие сизые тени.
Наметилась и постепенно проявилась в лесу новая тропинка, теперь уже прямая, лишь огибавшая в одном месте упавший, сильно опаленный молнией ствол сосны.
Несколько раз тропинку пытались засыпать снегопады, но люди упорно восстанавливали ее. А когда пришла весна и выглянули первые, еще желтые, травы, люди и не вспомнили о своем прежнем пути - так и продолжали ходить по новой тропинке.

 

Разговор с ангелом

 

- Что дает чань-буддисту рождение в христианской стране?
- Венок, сделанный из терновника, осознание всеобщей неустроенности и чувство неразрывного единства с мужиком, пропахшим табаком и соломой.
- Что дает христианской стране рождение в ней чань-буддиста?
- Старца-пустынника, ушедшего от людей в медвежьи леса; гениального Андрея Рублева, нарушающего многие иконописные традиции своего времени; Иоганна Себастьяна Баха, улетающего в своих медитациях к Центральному Солнцу Вселенной; протестанта, никогда не забывающего о Святом Духе и девяти Его дарах.

 

Лунная дорожка

 

Конфуций задался целью превратить государство в музыкальную шкатулку, в которой бы все винтики были закручены, а шестеренки так притерты друг к другу, что издавали бы, вращаясь, чудесную мелодию. Он был скорее музыкант, чем политик, жадно подслушивающий у Небес, как они звучат в тихую лунную ночь сообразно с ходом всего Мирозданья.
Лягушки прыгали из-под ног Конфуция, словно мячики, когда он приходил к пруду полюбоваться лун¬ной дорожкой, по которой ни один смертный еще никогда не ходил.

 

Лао Цзы

 

Когда мудрец Лао Цзы покидал Китай, стояло раннее утро. Птицы пели в соседнем с пограничной заставой лесу, и было видно, как дорога, нырнув под шлагбаум, карабкалась по склону ближайшей горы, огибая встречавшиеся на пути выступы и камни.
- Эй, что там у тебя в телегах? - развязно окликнул Лао Цзы дежурный смотритель.
- Книга.
- По императорскому указу я должен проверить каждую ее дощечку, каждый иероглиф.
- Книга небольшая: всего три телеги дощечек...
- И все же тебе придется задержаться, старик, недели на три!
Лао Цзы отвернул морщинистое лицо и улыбнулся: вот и первый читатель его книги стоит перед ним! И пусть он хам и дурак, читатель по долгу службы, но на судьбе его книги это не отражается никак...
- Я не могу торчать здесь так долго, меня ждут дела.
- Тогда оставляй свою книгу на заставе: заедешь за ней потом.  
Лао Цзы кивнул в знак согласия, и прекрасно сознавая, что он уже больше в Китай не вернется, с чувством исполненного долга, отдав свою книгу в руки китайских властей, пересек границу…

 

* * *

 

Историки обманывают, утверждая, что Лао Цзы, покинув Китай, бесследно исчез куда-то. Он оставил своим потомкам книгу "Путь и Благодать" - самое подробное описание пути, по которому он отправился и на котором терпеливо ждет всех, кто желает с ним встретиться.

 

Где же Китай?

 

Врут, что Бодхидхарма, следуя из Индии в Китай, переплывал море в соломенной сандалии, которую он снял со своей правой ноги, в одиночку. В этой сандалии сидел и я, и волны качали ее, как люльку, много недель!
Бородатый и соленый от пота, он вращал своими глазами как прожекторами, которые ослепляли даже в солнечный день. Он часто кричал мне: «Греби скорее веслами истины!», и я греб, насколько хватало сил.
Но однажды Бодхидхарма не выдержал медленного хода своей сандалии, вылез и побежал до Китая по воде. Мириады солнечных зайчиков провожали его в пути! Я же снова взялся за весла и поплыл в направлении, которое указывала мне старая, проверенная карта...
Но где же, спустя 1500 лет плавания, Китай?

 

Разбитое зеркало

 

Сказывают, известный китайский поэт Ван Вэй, достигнув просветления, тут же разбил палкой большое круглое зеркало, висевшее в его доме, купленное им когда-то за высокую цену.
- Зачем вы это сделали, господин? - удивленно спросил его слуга.
- Зеркало вполне этого заслуживает, - ответил Ван Вэй. - Оно пытается убедить меня, что я - это форма, тогда как я - это дух.

 

Победитель дракона рутины

 

Таким же доверчивым и ласкающим взором, каким обычно смотрят на священные изображения в церквях, попробуй посмотреть на предметы, тебя окружающие. Они самые что ни на есть обыкновенные – так, во всяком случае, кажется тебе. Кастрюлька для приготовления пищи, стеклянная ваза, часы служили тебе годами, не прося и малой платы за свои труды. Всему, что они умеют делать, предметы эти научились у людей, которые жили рядом с ними. Люди – их Боги и Учителя. А Боги смотрят на все, что они сотворили когда-то, полным любви взором!
При таком добром и внимательном отношении к предметам образуется цепочка «Бог – ты – они», через которую могут пройти самые высокие энергии. И если чайник, поставленный на плиту греться, запоет, а стеклянная ваза порадует твой слух звоном редчайших колокольчиков, ты – победитель. Ты победил Серого Дракона Рутины, и сейчас он лежит, маленький и неспособный вызывать приступы скуки, у твоих ног.

 

Новая книга

 

Если ты заглянешь вдруг в книгу, долгое время бывшую собеседницей твоих бессонных ночей, и увидишь, что на каждой ее странице белым-бело, как в поле зимою, значит, что-то серьезное случилось с твоей душой. Значит, где-то появилась уже новая книга, способная дать иную пищу твоей душе. И если страницами этой книги будут служить поля, а буквами – телеграфные столбы, стоящие у дороги, разве это плохо? Главное, чтобы хотелось читать эту книгу без конца, даже при мерцающем свете утренних созвездий.

11.03.2011 22:50АВТОР: Игорь Муханов | ПРОСМОТРОВ: 1183




КОММЕНТАРИИ (0)

ВНИМАНИЕ:

В связи с тем, что увеличилось количество спама, мы изменили проверку. Для отправки комментария, необходимо после его написания:

1. Поставить галочку напротив слов "Я НЕ РОБОТ".

2. Откроется окно с заданием. Например: "Выберите все изображения, где есть дорожные знаки". Щелкаем мышкой по картинкам с дорожными знаками, не меньше трех картинок.

3. Когда выбрали все картинки. Нажимаем "Подтвердить".

4. Если после этого от вас требуют выбрать что-то на другой картинке, значит, вы не до конца все выбрали на первой.

5. Если все правильно сделали. Нажимаем кнопку "Отправить".



Оставить комментарий

<< Вернуться к «Проза разных авторов »