Добровольное пожертвование. Знамя Мира – красный крест Культуры. М.П. Куцарова. Кража на миллиард долларов: как разворовали наследство гениального художника Рериха. Ева Меркачева. ЗАЯВЛЕНИЕ участников Международного Рериховского движения. Разрушение музея Рериха: игра по-крупному. Елена Кузнецова. Добровольное пожертвование. Чудеса и не только. Следы Ангелов. Отвергнутый Вестник. Л.В. Шапошникова.

Начинающим Галереи Информация Авторам Контакты

Реклама



Рерихи в Павловске. Владимир Мельников


Тема Павловска в жизни и творчестве этой великой семьи начинается с Елены Ивановны Шапошниковой, в замужестве Рерих (1879—1955).

«О юность моя – первые мечты о литературе, о славе, о любви... Юность моя горькая, птицей пролетевшая юность, одинокая и замкнутая, – конечно, похожая на юность «всех великих людей», с тщетными поисками Истины, с бессонными ночами, с безнадежной любовью, с негодованием на «хладный свет», на суету мирскую… О, эти муки души, беснования ума, молитвы без слов… Мечты, овеянные крыльями врубелевских ангелов, опалённые огнём розановских прозрений, убаюканные музыкой Бодлэра и Верлэна, отравленные стихами Блока и Сологуба; ночные бдения наедине с Бёме, Сведенборгом, мейстером Экхардтом, Шеллингом, упоительные конфиденции с Ницше и Метерлинком; симфонические концерты в Павловске…» – эти строки Эриха Голлербаха из пятой главы его «Города Муз» с известной долей приближения передают и состояние юной Елены Шапошниковой в годы её летнего пребывания в Павловске. Как вспоминает о том времени она сама, «единственным тогда огоньком явился двоюродный брат Стёпа Митусов, спутник её детства. Он приносил некоторые неплохие книги модных поэтов и мыслителей и знакомил с новыми веяниями в искусстве, главным образом, в музыке» [1].

Действительно, музыкой Павловск был наполнен всегда. Всех притягивал своими концертами Павловский вокзал. А общение на темы любимых книг и картин происходило на дачах. Родители Елены Ивановны – архитектор Иван Иванович и Екатерина Васильевна, рождённая Голенищева-Кутузова – снимали в Павловске дачу. Были дачи и у родственников, у которых тоже можно бывать и даже подолгу жить. Пример: Рыжовы – Николай Александрович, выпускник Военно-Медицинской академии, член городской управы Санкт-Петербурга, и Людмила Васильевна, рождённая Голенищева-Кутузова, тётя Е. И. Рерих и С. С. Митусова [2].

Самое первое впечатление от Павловска Елена Ивановна помнила с шести лет. Уже в конце жизни она записала его как «необыкновенное переживание, которое на всю жизнь запечатлелось в её сердце, почти не теряя своей первоначальной свежести и силы чувства». Произошло это переживание позднею весною. Вот как она описывает его очерке «Сны и видения». «Родители её переехали на дачу в Павловск, и в первое же утро девочка, встав раньше обыкновенного, побежала в парк, к небольшому пруду, где жили золотые рыбки. Утро выдалось чудесное, воздух как бы дрожал и сверкал в лучах солнца, и сама природа, казалось, облеклась в праздничное одеяние, и синева неба была особенно глубока. Девочка, стоя на пристани, всеми фибрами своего существа вбирала красоту и радость жизни. Взгляд её остановился на распустившейся яблоне, стоявшей на противоположном берегу, и на фоне её девочка увидела высокую мужскую фигуру в белом одеянии, и в сознании её мгновенно встало воспоминание, что где-то далеко живёт Учитель Света. Сердце девочки затрепетало, и радость её перешла в восторг, все существо её потянулось к этому далёкому, любимому и Прекрасному Облику» [3].

Облик Святого Сергия Радонежского сопровождал Елену Ивановну всю жизньПавловск – от рождения и до ухода у Гималайских твердынь. Родилась она 31 января по старому стилю под сенью Преподобного – на Сергиевской улице в Санкт-Петербурге, в доме у Сергиевского «всей артиллерии» собора, где её вскоре и крестили. Но самая первая в этой жизни сознательная Встреча с её Наставником и Водителем совершилась в Павловске, в парке, на берегу пруда, «где жили золотые рыбки». И в дальнейшем как в сказке вёл Святой Сергий её духовный путь к высотам невиданным. И «золотые рыбки» познания и преданности дарили Елене Ивановне свои неиссякаемые сокровища.

Судя по описанию местности в приведённом фрагменте, дача родителей, где произошла памятная Встреча-видение, могла находиться в современном Тярлево, на берегу прудов, отделяющих дачный посёлок от парка.

Для Николая Константиновича Рериха (1874—1947) Павловск начался несколько позже в 1898–1900 гг. с литературно-художественной работы в редакции журнала Императорского Общества поощрения художеств «Искусство и художественная промышленность». Наполняя как редактор отдела хроники раздел «По России (местные сведения)», Николай Константинович узнавал и об интересных событиях в Павловске. Для всеобщего сведения он напечатал сообщение о том, что в Павловске, «на открываемых там курсах для преподавателей в школах дирекции народных училищ лекции по истории искусств приглашен читать магистрант М. А. Полиевктов» [4]. Эти лекции начались с сентября 1899 г. Естественно, для того, чтобы поместить эту информацию, Николаю Константиновичу необходимо было съездить в Павловск и всё разузнать, что называется, «на месте». С юных лет он отличался тщательностью и всесторонним отношением к делу – даже к такому, казалось бы, рутинному как составление художественной хроники. Не сомневаемся, что информацию о деятельности М. А. Полиевктова в Павловске он поместил из уважения к своему университетскому наставнику профессору Сергею Фёдоровичу Платонову, учеником которого был М. А. Полиевктов, уже тогда известный своими архивными открытиями в России и Швеции.

В этом же разделе Н. К. Рерих поместил «Московские художественные новости» Н. В. Некрасова, с сообщением о том, что 2 августа 1899 г. исполнилось столетие со дня смерти знаменитого русского зодчего Василия Ивановича Баженова: «Покойный был строителем столь известных зданий, как: Михайловский замок в Петербурге, Павловский и Гатчинский дворцы, Арсенал и Румянцевский Музей в Москве и другие» [5].

Вскоре Николай Константинович и Елена Ивановна встретились (это произошло около 24 августа 1899 г. в Бологом). Не прошло и полугода, как художник Николай Рерих сделал предложение Елене Шапошниковой. Судя по всему, путь к свадьбе был нелёгким. Были препятствия со стороны родни Елены Ивановны по линии матери. Очевидно, для первой петербургской красавицы хотели найти более именитого и богатого жениха. Но всё решило сердечное устремление Елены Ивановны и её любовь к искусству. К тому же мысленное обращение к отцу, которого уже не было в живых, помогло сделать правильный выбор.

И здесь ещё раз на помощь пришёл образ Павловска – как места Обетованного, места самых желанных Встреч и самых нужных, сердечных впечатлений и известий. В дни самых тягостных сомнений и раздумий Елене Ивановне приснился следующий сон: «Сон в ночь на 14-е Января 1901 года в трудное время невыясненных обстоятельств в связи с замужеством. Легла спать с мыслью, что, может быть, Отец придёт и скажет ей – как и когда всё разрешится? И вот она видит: Павловский вокзал, она стоит на перроне и ждёт поезда, приезда Отца. Подходит телеграфист и подаёт ей телеграмму, в которой она читает: «Прибуду сейчас – отец». Она подымает голову и видит идущего к ней Отца. Отец подходит, берёт её за руки и говорит: «К Вознесению всё устроится, всё будет хорошо». После этих слов, Отец ведёт её какой-то новой дорогой к довольно крутой горе. Они начинают подыматься уже в сумрачном свете и по грязи большой. Откуда-то собралась толпа родственников, и тёмной массой потянулись за нею. Помнится, как справа по боковой тропинке подымалась в светлом платье кузина Сана Муромцева» [6]. Сон с указанием отца о выходе замуж за Николая Константиновича с небольшими изменениями повторился три раза: «Первый и второй приблизительно одинаковы. Открывалась дверь комнаты, в которой она находилась, и входил Отец, пристально смотря на неё, произносил: «Ляля, выходи за Николая Константиновича». И она просыпалась. Третий раз – большая зала, огромный накрытый стол, уставленный яствами, сидят все родственники, среди них находится и она. В большое окно, открытое в сад, влетает светлый лебедь с чёрным кольцом на шее, опускается ей на грудь и обвивается вокруг её шеи. В это же время открывается дверь, появляется высокая фигура Отца и произносит: “Ляля, выходи за Николая Константиновича”» [7].

В те же месяцы Николай Константинович посещал Павловск во время регулярных археологических экскурсий Петербургского Археологического института, где он читал курс «Художественная техника в применении к археологии», руководил составлением «Археологической карты Санкт-Петербургской губернии» и организовывал учебные раскопки. 12 июля 1901 года он сообщал своей невесте: «Дорогая моя, голубчик мой Ладушка, – вот уже Четверг, а письма Твоего всё ещё нет. Как-то Ты там? <…> Вчера меня потащили Члены Археологического Института недалеко от Павловска в село Фёдоровское, где будто бы найдены подземные ходы. Ходы эти оказались просто провалом подземной речки. Но всё-таки прогулка оказалась ничего себе, – ибо вечер был превосходен» [8]. Конечно, таких вечеров было очень и очень много…

Другой «штрих» Павловска в биографии Николая Константиновича. 28 февраля 1903 г. великий князь Константин Константинович, президент Академии наук, председатель Императорского Русского Археологического общества, посетил в залах Императорского Общества поощрения художеств на Большой Морской улице, 38 пятую художественную выставку журнала «Мир Искусства». Объяснения его высочеству давал секретарь Общества поощрения художеств Н. К. Рерих. При этом ему пришлось выслушать откровенное «поношение» представленной выставки за «декадентство». Почему-то «поэт К. Р.» обрушился на безобидный этюд Браза: «Зачем фонарь кривой?» Пришлось Рериху пояснить: «Вероятно, сломался». Ответ сильно не понравился [9]. Но именно после исчерпывающих, убедительных и образных объяснений Рериха великий князь приобрёл на выставке единственное произведение – гравюру А. П. Остроумовой-Лебедевой «Ворота в Павловском парке» [10].

Для старшего сына Рерихов Юрия Николаевича (1902—1960), ставшего в последствии всемирно известным востоковедом и путешественником, Павловск начался в 1909 году с совершенно нового и необычного для Юрий Рерих среди участников первого в России скаутского отряда. Павловск. Лето 1909г. Оригинал в Музее-институте семьи Рерихов, фонд МСССМ.России дела. Об этом свидетельствует уникальная групповая фотография из собрания Музея-института семьи Рерихов, фонд Мемориального собрания Степана Степановича Митусова. На фотографии запечатлён первый в России скаутский отряд.

Как таковой скаутизм или разведчество как метод внешкольного воспитания юношества был создан в 1907 году офицером британской службы Робертом Баден-Поуэллом и сразу же распространился по всему миру. В России его впервые применил штабс-капитан Олег Иванович Пантюхов в Павловске в 1909 году. Метод основан на юношеской самодеятельности в малых группах, на системе игр, пении, ручном труде, походах и кострах на лоне природы, и направлен на воспитание силы характера, верности Богу и Родине, заботы о ближнем и любви к природе. В России скаутизм пережил свой первый расцвет в 1915–1919 годы, но к 1926 году был задушен коммунистической властью, которая заимствовала некоторые его приёмы для своей пионерской организации. Русские скауты-разведчики продолжали действовать и в эмиграции.

На представленной фотографии первого в России скаутского отряда Юрий Рерих находится во втором ряду четвёртым справа, он одет в тёмную рубашку и тельник. На фотографии привлекает внимание количество Российских знамён – четыре, что, возможно, указывает на то, что данный отряд делился для занятий на четыре малых группы. Возможно, состав их определялся возрастом, поскольку возрастной состав представленных участников весьма широк – от 5-7 до 13-15 лет. На фотографии, кроме наставника О. И. Пантюхова, запечатлена ещё и неизвестная нам наставница. Общее число участников – 42, из них мальчиков только 19, большинство – девочки.

Ещё один «Павловский» след в творческой биографии Рерихов связан с их страстью к коллекционированию голландской и фламандской живописи. В 1912 году журнал «Старые годы» опубликовал программную статью А. Трубникова «Картины Павловского дворца». В ней, в частности писалось: «Такие же [как в Павловском дворце] прекрасные «Русалочьи пещеры» последователей Пуленбурга можно видеть и в собрании Академии Художеств, и в Большом Царскосельском дворце и у П. П. Семенова-Тянь-Шанского и в коллекции Н. К. Рериха (в Петербурге)» [11]. Есть основание считать, что в дальнейшем, уже после революции и даже после войны, отдельные картины из коллекции Н. К. Рериха переходили в собрание Музея-заповедника в Павловске. И здесь могло сказаться давнее «тяготение» друг к другу вещей одного плана, отмеченное ещё в 1912 г. А. Трубниковым. Очевидно, картины из коллекции Н. К. Рериха попадали в Павловск через Эрмитаж, но это ещё необходимо дополнительно проверить.

Попутно отметим, что в Павловске издавна имелось одно подлинное полотно самого Николая Константиновича. Это хрестоматийная картина «Заморские гости» 1901 года (холст, масло) из серии «Начало Руси. Славяне». В 1968 году она была издана В. П. Князевой как принадлежащая Павловскому дворцу-музею художественных убранств русских дворцов конца XVIII – первой половины XIX века [12].

И, наконец, наиболее документально представленное пребывание семьи Рерихов в Павловске относится к лету 1913 года. Именно этим летом впервые в Павловске по документам фиксируется младший сын Рерихов Святослав Николаевич (1904—1993), в будущем известный художник и общественный деятель, хотя, очевидно, он бывал в Павловске и в более ранние годы. Сохранилось 6 писем Юрия Николаевича и Святослава Николаевича (или Юрика и Светика, как их называли в семье), отправленных летом 1913 года из Павловска отцу в Кисловодск. Известно также 25 писем Николая Константиновича Елене Ивановне, отправленных им тогда же из Кисловодска в Павловск. Не на одном его письме указан адрес дома, где Рерихи снимали дачу: Мариинская, 3 [13].

В 1913 году Рерихи переехали в Павловск в середине июня, о чём свидетельствует записка Николая Константиновича, адресованная С. С. Митусову [14].

О том, как много внимания и времени уделяли старшие Рерихи воспитанию сыновей свидетельствуют как письма сыновей Николаю Константиновичу, так и письма Николая Константиновича жене. На это обратили внимание ещё П. Ф. Беликов и В. П. Князева, первые биографы-рериховеды: «Детей с первых же лет приучали к трудолюбию, наблюдательности, инициативе. Мальчики чувствовали себя полноправными членами семьи. Их брали в путешествия, а если приходилось расставаться, то переписывались с ними. Юные корреспонденты выказывали незаурядные для своего возраста способности» [15].

В детских письмах Рерихов не раз отмечены Степан Степанович Митусов (кузен Е. И. Рерих), Борис Константинович Рерих (брат Н. К. Рериха) и Рыжовы. Все эти люди были спутниками многих игр и занятий Юрика и Светика. Из Рыжовых прежде всего уже упомянутая выше в изложении сна Елены Ивановны Сана Муромцева, Ксения Николаевна, рождённая Рыжова, и её муж Илья Эммануилович Муромцев, ближайший родственник профессора Сергея Андреевича Муромцева, председателя Первой Государственной Думы. С ними Рерихи многие годы общались именно в Павловске, на семейной даче Рыжовых.

Вот как написала уже в 1950-е годы о семье своей любимой кузины Е. И. Рерих: «Ксения Рыжова вышла замуж за полковника Илью Эммануиловича Муромцева, специалиста по радиотелеграфу; он состоял членом Правительственной Комиссии по закупке военного снабжения из Америки, уехал с семьёй ещё до революции. Ксения и муж ее уже умерли, две дочери их, Ксения и Галина, остались жить в Америке» [16].

Юрик и Светик Рерихи были счастливы открыть сокровища Павловска.

Для Юрия это прежде всего крепость Бип, построенная ещё в 1798 г. по проекту архитектора В. Бренны, которую и Юрик, и Светик Рерихи ходили рисовать. Юрия с детства интересовало всё военное. Местоположение Бипа, возведенного на месте дворца Мариенталь, исключительно удобно, и не случайно здесь находились шведские укрепления, валы которых в деформированном состоянии сохранились до наших дней [17]. В годы посещений Рерихов в крепости находилось трёхклассное Городское училище.

Светика в Павловске больше всего заинтересовала речка Славянка, в которой он собрал целую коллекцию камней – 20 наименований: Разрушающаяся крепость Бип в Павловске. Никольские ворота. Фото Вадима Семко в 2003г. «перламутра кусочек, красный с чёрным камень и какой-то камень песочного цвета со слюдой, два кварца» [18].

Незабываемые впечатления юных Рерихов в Павловске: бабочки и стрекозы; собственный огород, где они выращивали под неусыпным наблюдением мамы подсолнухи, редиску, укроп, картофель, шпинат, лук, морковку, салат, японский газон и горох [19]; «шарманщики и китаец, который продавал шёлк» [20]; наконец, казаки, которых «очень много в Павловске» [21].

Ещё в Павловске юные Рерихи посещали кинематограф и видели там фильмы, одни названия которых сейчас звучат как легенда: «Крушение парохода», «Перед лицом зверя», «Близнецы», «Ба! Знакомые все лица!».

 

* * *

 

Павловск. Вот что оставила война  15 декабря 1944 года, получив через ТАСС пачку “Известий”, семья Рерихов узнала доклад Комиссии о разрушениях в Павловске, Петродворце и в Пушкине. Боли и горечи не было предела. Николай Константинович писал: «Как уничтожено и искалечено всё сокровище русское! Можно ли зачинить все вандализмы? Ведь даже лучшая реставрация не передаст красоту оригинала. И где всё увезённое? И как вернуть? Как возместить? И всюду там мы ходили, любовались, а теперь там мрачные развалины. Вот прогресс человеческий. Вот культурные ассоциации и должны неутомимо твердить об истинных сокровищах, о нерушимом достоянии народном. Через все трудности несите Свет Культуры» [22].

Именно о сокровищах Культуры – высших проявлениях человеческого духа – напоминают «Павловские» страницы жизни и творчества семьи Рерихов.

 

Примечания
1. Рерих Е. И. Сны и видения. (Окончено в 1949 г.) // У порога Нового мира. М., 2000. С. 56.
2. См.: Рерих Н. К. Письмо Е. И. Рерих. СПб. 14 июля 1910 г. Автограф. ОР ГТГ, ф. 44, № 364.
3. Рерих Е. И. Сны и видения. (Окончено в 1949 г.) // У порога Нового мира. М., 2000. С. 45.
4. Искусство и художественная промышленность. СПб., 1899. № 12. С. 1047.
5. Там же. С. 1046.
6. Рерих Е. И. Указ. соч. С. 57.
7. Рерих Е. И. Указ. соч. С. 59-60.
8. Автограф. ОР ГТГ, ф. 44, № 376.
9. Рерих Н. К. Листы дневника. М., 1996. Т. III. С. 626-627.
10. Знамя. 2 марта 1903. № 57.
11. Старые годы. СПб., 1912. № 10. С. 20.
12. Князева В. П. Н. Рерих. М., 1968. С. 45. Ил. 4, 5.
13. См.: Рерих Н. К. Письмо Е. И. Рерих. Кисловодск. 21 июня 1913 г. Автограф. ОР ГТГ, ф. 44, № 337.
14. Автограф. ОР РНБ, ф. 746 (Ф. И. Стравинского), № 104, л. 2 об.
15. Беликов П. Ф., Князева В. П. Рерих. М., 1972.
16. Рерих Е. И. Герб рода Голенищевых-Кутузовых. Машинопись в архиве Музея-института семьи Рерихов, фонд Мемориального собрания С.С. Митусова.
17. См.: Шуйский В. К. Винченцо Бренна. Л., 1986; Януш Б. В. Неизвестный Павловск. Исто-рико-краеведческий очерк. СПб., 1997; Семевский М. И. Павловск. Очерк истории и опи-сание 1777-1877. СПб., 1997.
18. Рерих С. Н. Письмо Н. К. Рериху. Павловск. 2 июля 1913 г. Автограф. ОР ГТГ, ф. 44, № 1229.
19. Рерих С. Н. Письмо Н. К. Рериху. Павловск. 18 июня 1913 г. Автограф. ОР ГТГ, ф. 44, № 1231.
20. Рерих Ю. Н. Письмо Н. К. Рериху. Павловск. 18 июля 1913 г. Автограф. ОР ГТГ, ф. 44, № 1237.
21. Рерих Ю. Н. Письмо Н. К. Рериху. Павловск. 2 июля 1913 г. Автограф. ОР ГТГ, ф. 44, № 1239.
22. Рерих Н. К. Листы дневника. М., 2002. Т. III. С. 241.

01.01.2005 03:00АВТОР: Владимир Мельников | ПРОСМОТРОВ: 1720




КОММЕНТАРИИ (0)

ВНИМАНИЕ:

В связи с тем, что увеличилось количество спама, мы изменили проверку. Для отправки комментария, необходимо после его написания:

1. Поставить галочку напротив слов "Я НЕ РОБОТ".

2. Откроется окно с заданием. Например: "Выберите все изображения, где есть дорожные знаки". Щелкаем мышкой по картинкам с дорожными знаками, не меньше трех картинок.

3. Когда выбрали все картинки. Нажимаем "Подтвердить".

4. Если после этого от вас требуют выбрать что-то на другой картинке, значит, вы не до конца все выбрали на первой.

5. Если все правильно сделали. Нажимаем кнопку "Отправить".



Оставить комментарий

<< Вернуться к «Николай Константинович Рерих. Биография. Жизнь и творчество. »