III Всероссийский фестиваль «Архитектурное наследие 2020» в Санкт-Петербурге. Конференция «Философия космической реальности и новое научное мышление. К 100-летию создания Живой Этики». Регистрация. Помощь Международному Центру Рерихов можно оказать переводом средств на наши счета. Новости буддизма в Санкт-Петербурге. «Музей, который потеряла Россия». Виртуальный тур по залам Общественного музея им. Н.К. Рериха. Вся правда о Международном Центре Рерихов, его культурно-просветительской деятельности и достижениях. Фотохроника погрома общественного Музея имени Н.К. Рериха.

Начинающим Галереи Информация Авторам Контакты

Реклама



Последняя песня Устина. Артур Арсеньев


 

 

Уже полгода прошло или даже больше с тех пор, как исчезло всякое вдохновение. Ни одного приличного этюда, не говоря уже о картинах. Да и работа с детьми шла без огонька. Хоть их живость и задор подбадривали Устина, но ощущение глубокой творческой «пралайи» не покидало даже в этом живом цветнике. Вихри, которые окружают человечество, уносят все творческие огни.

 

Минули пасмурные дни с ледяными ветрами, и вот, наконец, первые тёплые солнечные блаженные дни. Горы позвали. Устин давно уже научился улавливать их тихий беззвучный зов. Когда идёшь по зову, тогда сопутствует удача.  Он проснулся до рассвета, взял этюдник с красками, с кистями и с загрунтованными картонками. Оделся по-походному, взял небольшой рюкзак со всем необходимым, и зашагал вдоль реки. Река грохотала мутной весенней водой, поднялась высоко и имела грозный внушительный вид, особенно там, где скалы крепко сжимали её с двух сторон. Тропа потихоньку набирала крутизну, а у старой лиственницы разделилась надвое. Устин пошёл по левой, ближе к реке, хотя знал, что иногда весной эта тропа кое-где уходит под воду. Через полчаса он упёрся в почти вертикальный утёс, а тропа  слева от него уходила под воду. Устин, недолго думая, полез на утёс, хоть скалолазом он был не важным. Правда кержацкий корень напитал его силой и выносливостью.  Его неудержимо влекла вершина этого утёса. Где-то на середине подъёма была небольшая площадка. Устин присел отдохнуть. Удивительно, что в этой утренней прохладе камень оказался очень тёплым. Немного отдышавшись, он запел. Пел он часто и с большим упоением. Казалось, утренний воздух радуется красивым мелодичным звукам. Из-под  соседнего камня вынырнула маленькая змейка и быстро поползла в сторону. За тем другая и третья. Эти растворились в щели на полпути к Устину. Они имели необычную форму: утолщённая голова, за ней  короткое, тонкое извивающееся тело. Почему-то он остался равнодушен к этой очевидной опасности, только вспомнив о жене и о дочке, он поднялся и продолжил своё восхождение, постоянно повторяя молитву Иисусову. Ближе к вершине труднее было найти удобные камни для упора ног, да и  река внизу «подбадривала» своим рёвом. Уже возле самой вершины случилось  крушение. Старенький этюдник зацепился за камень, не выдержал крепёж  ремня, и он полетел вниз. Ударяясь о камни, он раскрылся, кисти и краски вывалились из него, совершая свой неожиданный утренний полёт, и падая в воду. «Ну, вот, порисовал», - подумал Устин, сопровождая взглядом свои белила, кобальты и кадмии, кармины и ультрамарины. Ещё несколько метров и вот вершина. Устин перевёл дух и осмотрелся. Его сразу поразил открывшийся предрассветный простор. Но нет, не цветом и светом, не формами и линиями, а чем-то величественным и неуловимым. Это был не обычный простор, а какой-то дух пространства, или, может быть, правильнее, врата в осознание Беспредельности.

 

Так ли всё было? Кто знает? Остались только рассказы да местные легенды, сложенные односельчанами. Призовём на помощь воображение, чтобы соединить одну реальность с другой: село до этих событий с селом преображенным, чтобы хоть на немного соединить наш больной и недобрый мир с Миром Тонким возвышенным.

 

На мгновение  закружилась голова, а потом в сердце вспыхнул огонёк, Устин ясно ощутил его Свет. Вспыхнул ещё один  и загорелся ровным Светом. В сознании ярко возник образ, требующий немедленного перенесения его на холст, но увы-увы…  Впрочем, тут же он вспомнил, что, например,  в Тонком Мире художнику не нужны обычные краски, нужно только развитое воображение. Он ладонью быстро провёл  по огромному «холсту» неба. Красивая широкая золотистая полоса прочертила всё небо. Он провёл ещё одну цвета сияющего изумруда. Эта проба вдохновила Устина. Он очистил «холст» и начал воплощать на нём  тот первый, возникший в его сознании образ. Работа шла легко и вдохновенно, как танец, как песня, как виртуозная игра на органе. Готовую работу он «свернул», зная, что она навсегда останется в его памяти. Тут же он принялся за другую, которая мгновенно захватила его сознание. Образы накатывали волнами и ожидали своей очереди, чтобы воплотиться на «холсте» неба и закрепиться в памяти художника. Это были прекрасные пейзажи, портреты красивых и благородных людей, сюжетные картины и необычные декоративные узоры. Возникали ландшафты и жители иных миров. Устин без устали воплощал на небе образ за образом. Вибрации образов пронизывали всё тело до дрожи в локтях. Тогда он выпрямлял руки и творил только мыслью. Напряжение то нарастало, то спадало, когда достигалась особая гармония в работе. Солнце взошло и быстро, как казалось Устину, стремилось к своей полуденной точке. Наконец он почувствовал остро, что переполнен и уже не способен воспринимать  новые образы. Он присел на удобный выступ и молитвенно благодарил Учителя и свою неведомую Музу за эту полную чашу творческого счастья.

 

Когда он вернулся домой, то навстречу ему выбежала радостная дочка. Она восторженно и бессвязно тараторила о том, что видела сегодня на небе. Вышла жена и говорила о том же, но как-то уже по-своему и более толково.  Суть их рассказа была в том, что на юге от села они видели на небе какие-то необычные световые явления. И на следующих занятиях в студии дети говорили о том же. Ещё кое-кто из сельчан тоже видел нечто подобное. Устин сделал вывод, что видели это только самые утончённые, те, чьи сердца были открыты для восприятия красоты. И ещё по этим рассказам он понял, это явление напрямую связано с его художествами на утёсе.

 

Устин сразу принялся за работу, все накопленные на утёсе образы теснились в сознании, и страстно просились на холст. Ещё оставались какие-то краски и старые кисти, которые он давно хотел выбросить, но и их было очень мало. Красок и холстов  теперь требовалось много. Устин продал соседу свой мотоцикл с коляской и накупил в городе красок, кистей и солидный отрез холста, а также гуаши, акварели и ватмана для детской студии. Целый год он трудился неистово и вдохновенно. Образы лились потоком, воплощаясь на холстах. Приходили и новые, которых он прежде не видел на утёсе. В этот творческий поток всё больше втягивались и его близкие и дети из районного Дома пионеров. Весь Дом пионеров ожил и как магнит стал притягивать всё новых и новых детей в художественную студию и в другие кружки.

 

По вечерам Устин мастерил подрамники и натягивал на них холсты. Ему помогала дочка и её друг- одноклассник. Проклейку и грунтовку они полностью взяли на себя. А по выходным и в каникулы они любили смотреть, как вдохновенно трудится за мольбертом Устин, и, наглядевшись, вдохновлённые мастером, принимались за свои произведения.

 

Через год весной в Доме Культуры состоялась персональная выставка Устина, а в школе была выставка его детей из студии. Все сельчане, кто мог ходить по несколько раз посещали эти две большие выставки. Удивлялись, восхищались и гордились своим местным художником. Несколько раз приезжали художники из города, и по достоинству оценили работы Устина и детей. Но самое замечательное то, что после этих выставок творческий художественный поток  охватил всё село.  В сельском полупустом убогом магазине смели с полок всё, чем и на чём можно было рисовать. Многим ездившим в город теперь часто заказывали художественные принадлежности.  А в Доме Культуры организовали художественную школу для взрослых.

 

Мужики, которые часто подтрунивали над своими жёнами, взявшимися за кисти, перестали подтрунивать, когда их дома и всё село стали преображаться. Стены, печи, наличники, двери и ворота покрывались изысканными узорами и причудливыми картинками. Вначале многие пользовались трафаретами, но постепенно становились всё смелее и опытнее. И сами женщины становились красивее и жизнерадостнее. Весь год после тех выставок  не утихал художественный энтузиазм сельчан, но там где возникают очаги Света, активизируется и тьма. Так художник, сам того не ожидавший, и взбудораживший всё село, нажил себе врагов. Не будем распутывать эту чёрную паутину личной неприязни и зависти, тайных ходов и интриг, основная причина уже изложена.

 

Однажды ближе к вечеру возле дома остановился УАЗик. Вышел старлей. Предъявил  повестку о призыве Устина на учебные сборы. Он уже побывал раз на таких сборах, ничего особенного. Но жену будто резануло по сердцу, она замерла, опустилась на скамью у дома и так просидела в этом оцепенении до отъезда мужа. Старлей  велел срочно собраться, сказал, что через пятнадцать минут заедет, чтобы забрать его. Когда УАЗик подъехал во второй раз, там уже сидело двое сельчан. Прощание было очень тяжёлым, рыдали и жена и дочка. Ехали долго. Уже стемнело, и было за полночь, когда приехали на военный аэродром. В ангаре было около сотни «партизан». Так в народе называли запасников, призванных на учебные сборы. Половина уже переоделась остальные переодевались в армейское х\б, бывшее в употреблении, но постиранное и поглаженное. Отцы-командиры на вопросы не отвечали, и народ гадал: что случилось? Почему такая спешка? Шёл 1986-й год.

 

Транспортный борт летел очень долго. Было холодно и муторно. Кто-то пробовал шутить, но шутки выходили кислыми. Когда приземлились, всех «партизан» построили и объявили, что здесь на Чернобыльской АЭС произошла авария. Ни чего страшного, но будьте всё же осторожны – повышенная радиация. Выдали костюмы химзащиты, респираторы и большие прорезиненные перчатки. Хоть работой руководили военные, во всём ощущалась тягучая неопределённость и бестолковость. Расчищали какую-то площадку.  На аварийный реактор, из которого шёл дым, летали вертолёты, чтобы засыпать его песком. Оказалось, что этот четвёртый блок не так уж далеко.

 

В один из дней к концу смены Устим почувствовал, что с респиратором что-то неладное. Рот, горло и бронхи вдруг быстро наполнились пылью с сильным металлическим привкусом. Площадку заволокло каким-то туманом. Он снял перчатки, чтобы осмотреть и подтянуть респиратор. Дышать стало трудно, голова кружилась, и путались мысли; и наконец, он куда-то провалился. В это время смена быстро уходила, почти убегала от непонятного облака тумана. Переклички не было, а когда хватились, то было уже поздно, яма в которую угодил Устин обильно фонила.  Устим поплыл в тёмном мареве, то приходя в себя, то вновь погружаясь в беспокойные сны.

 

Недолго он пролежал в санчасти. Редко приходил в себя. Однажды сознание стало необыкновенно ясным. Он увидел свои немощные руки с какой-то искорёженной кожей. «Ну, вот порисовали»,- подумал он, и будто вырываясь из этой горькой действительности, провалился в счастливый успокоительный сон: Он опять здоровый и сильный стоял на своём утёсе. Вокруг него в спиральном потоке кружились художественные образы подобно разноцветным сияющим птицам. Он протягивал к ним руки и пальцами касался их. Птицы-образы через пальцы и руки стремились к сердцу, и огненный цветок сердца в огненной «чаше» становился всё прекрасней и ярче.  Устин пел свою любимую песню.  Сильный красивый голос лился легко и свободно, наполняя пространство и призывая прекрасных птиц, но соседи по палате слышали лишь приглушённый хрип, и облезлые пальцы еле шевелились, будто искали что-то. Хрип угасал, и пальцы шевелились всё меньше и меньше, пока не застыли совсем. А в это время возле далёкого села над его утёсом в вечерних сумерках вспыхнул яркий необыкновенно прекрасный столб Света, и долго колыхался подобно северному сиянию. Теперь это видело всё село.

 

 

03.05.2020 16:06АВТОР: Артур Арсеньев | ПРОСМОТРОВ: 203




КОММЕНТАРИИ (2)
  • Л.Булатова03-05-2020 18:33:01

    Спасибо, Артур, ваши рассказы нужны, уж очень темно в мире.

  • Бойкова Татьяна04-05-2020 07:59:01

    Артур, спасибо Вам за чудный рассказ, наполненый любовью, красотой и верой в наши необычные, на первый взгляд, возможности. Многие из нас помнят происшедшее на Чернобыльской АС, но не хочу вспоминать здесь о том ужасном событии. Ваш рассказ настолько прекрасен, что своим светом укрывает и отделяет все происшедшее, оставляя в памяти только красоту и свет.

ВНИМАНИЕ:

В связи с тем, что увеличилось количество спама, мы изменили проверку. Для отправки комментария, необходимо после его написания:

1. Поставить галочку напротив слов "Я НЕ РОБОТ".

2. Откроется окно с заданием. Например: "Выберите все изображения, где есть дорожные знаки". Щелкаем мышкой по картинкам с дорожными знаками, не меньше трех картинок.

3. Когда выбрали все картинки. Нажимаем "Подтвердить".

4. Если после этого от вас требуют выбрать что-то на другой картинке, значит, вы не до конца все выбрали на первой.

5. Если все правильно сделали. Нажимаем кнопку "Отправить".



Оставить комментарий

<< Вернуться к «Проза разных авторов »