Международный Центр Рерихов поздравил Посла Доброй воли ЮНЕСКО А.В. Очирову с Юбилеем. Информационное письмо. II Международные научные чтения, посвященные Л.В. Шапошниковой. Космический язык. Часть 1. Хазрат Инайат Хан. «Позвольте мне сойти с пьедестала…». Л.В. Шапошникова. Мистицизм звука. Хазрат Инайят Хан. Помощь Международному Комитету по сохранению наследия Рерихов. «Музей, который потеряла Россия». Виртуальный тур по залам Общественного музея им. Рериха. МЦР. Вся правда о Международном Центре Рерихов, его культурно-просветительской деятельности и достижениях. Помощь Международному Комитету по сохранению наследия Рерихов. Фотохроника погрома общественного Музея имени Н.К. Рериха.

Начинающим Галереи Информация Авторам Контакты

Реклама



Андрей Игнатьев против Елены Блаватской и Рерихов. Сергей Целух


 

Е.П. Блаватская. 1887.

Е.П. Блаватская. 1887 год.

 

 

Мало знать восточные языки

Не прошло и семи лет после скандальной книги А. Андреева «Гималайское братство»[1] с критикой Блаватской и теософии, как на арене духовного мира России появился их новый обвинитель, правда, более голосистый, более эрудированный и более дотошный, поставивший перед собой цель путем разносов добиться мировой славы. На сей раз им оказался буддолог Андрей Игнатьев, переводчик с пали, полиглот и плодовитый писатель. Мы познакомились с его статьей «Миф о махатмах в теософизме Е. Блаватской», помещенной в научно-теоретическом журнале «ALITER» № 2 за 2012 год [2].

 

Статья занимательная, претендующая на последнее слово в освещении Блаватской и ее детища – Теософского движения, но сомнительная в фактах и выводах от начала и до конца. Читатель убеждается, что мало знать восточные языки и заниматься переводами с пали, надо еще глубоко вникать в суть тех книг, которые читаешь и из которых заимствуешь чужие мысли. Своей статьей Игнатьев сделал попытку сбросить с пьедестала славы всемирно известную писательницу и ученую Елену Блаватскую, чьи творения украшают духовный мир планеты, а вместе с ней опрокинуть и Великих Махатм и заодно все теософское движение.

 

Грустно и стыдно читать его наукообразный опус, направленный к сердцам читателей и почитателей талантов столь замечательных людей. Особенно нас возмущают задевают, несправедливые ярлыки, навешанные буддологом на Елену Блаватскую, которую он не столько критикует, сколько унижает ее человеческое достоинство и глумится над ее знаниями восточных наук. А мы ведь знаем, что на протяжении двух столетий эта мудрая женщина своими трудами приносит огромную радость людям. Ее книги вошли в духовную сокровищницу не только России, но и всех стран и народов мира. Андрей Игнатьев предпринял рискованный шаг: доказать недоказуемое, что эта гениальная женщина на самом деле не кто иная, как фантазерка, причем не шибко грамотная, а вот он, переводчик с пали, не чета ей и знает Восток лучше Блаватской.

 

Чтобы доказать свою ученость, Игнатьев заручился поддержкой таких сомнительных личностей как французский традиционалист Гене Ренон (1886-1954), с его книгой «Теософизм: история одной псевдорелигии» (1921), [3], а также псевдоисториков и критиков Блаватской - Питера Вашингтона [4], Пола Джонсона [5], Луи де Местра [6], скандально известного историка А.И. Андреева, а также новичка в этом деле, санкт-петербуржского востоковеда А. Парибока [7]. Все же пальму первенства в свирепой критике Блаватской Игнатьев отдает книге Генона, с ее бредовыми идеями, красочными ярлыками и большой путаницей в истории жизни теософского движения и Елены Блаватской. Под бойким пером этого мифотворца, перед нами предстают искаженные образы великих личностей – Махатм, Рерихов, Блаватской и всего теософского мира.

 

Кто такой Рене Генон и какое отношение имеет он к теософии Блаватской? Рене Генон не мыслитель мирового уровня и не звезда философии, да и Восток он знает из вторых рук или понаслышке. Его имя Рене-Жан-Мари-Жозеф Генон (1886–1951), он автор книг о различных духовных традициях. Он католик, перешедший в 1912 г. в ислам и принявший новое имя – Абд-аль-Вахид Яхья. В биографии Генона мы не встретим упоминания о его путешествиях по Центральной Азии, по Индии, Тибету, Непалу и другим восточным странам, в которых побывала русская путешественница. Преимущественно он держался своей страны.

 

Он ученик философа-неотомиста Жака Маритена и мистика-эзотерика Жерара Анкосса (Папюса). Генон, ярый противник теософии, особенно Елены Блаватской, ее учения и Теософского общества, не мог смириться с тем, что были люди, обладающие большим знанием Восточной мудрости, чем он. Он был епископом Гностической церкви под именем Тау Палингениус и масоном. Исповедовал каббалу, оккультизм, гностицизм, индуизм и другие тайные науки.

 

Обратившись к восточным учениям, Генон нашёл наставников в лице арабского оккультиста Абд-эр-Рахман эль-Кебира (его памяти посвятил книгу «Символизм креста»), также европейских оккультистов, принявших ислам - Леона Шампрено (Абд-эль-Хакк) и шведа Иоганна Густава Агели (Абдул-Хади). Они познакомили Генона с индийскими и еврейскими древними доктринами. Генон был знаком с графом Альберто де Пувурвиль (Матжиои), получившего в своё время даосское посвящение и имел тайные контакты с представителями адвайтической традиции индуизма.

 

Предвзятость этого фантазера видна на лицо. Наиболее яркая черта его методики, с помощью которой он оценивает теософию – это клевета. Скородумов и Соколова в своей статье приводят пример из письма Е. И. Рерих к А.М.Асееву, в котором она характеризует Генона, как ненавистника буддизма и теософии. «Имела его статьи по этому поводу и поражалась недомыслием и мелким чувством точно бы личной зависти и злобы против этих Учений», – пишет она. Предвзятость Генона, говорят авторы, нетрудно определить и по названию его книги «Теософизм: история одной псевдорелигии». [8].

 

Эти ученые выносят приговор Генону, как клеветнику и не чистоплотному писателю, у которого любимым методом были сарказм, ирония и поливание грязью своих героев. Там, где не хватает знаний, Генон пускает в ход свои клеветнические аргументы и навешивает черные ярлыки.

Мы не верим Андрею Игнатьеву

Игнатьев сообщает, что Миф о тибетских Махатмах, «великих учителях человечества», как иронически называет их, «был создан основательницей «теософизма» Е.П. Блаватской и с тех пор используется бесчисленным количеством неоспиритических течений, среди которых наиболее известны у нас «рерихианцы». Столь непривычные для нас слова «теософизм», «рерихианцы» автор позаимствовал у Рене Генона для того, чтобы смелее высмеять теософов с их «вымышленной» наукой. Если для Блаватской и Рерихов - Махатмы, Адепты или Учителя, это Великие и Святые люди, обладающие большим умом, высокими духовными качествами, то для Игнатьева они сомнительные личности, не заслуживающие его внимания.

 

Чтобы развеять миф об их исключительности, автор сначала цитирует слова Блаватской, Анни Безант и Ч. Ледбитера о Махатмах, в которых они предстают перед нами в правдивых образах и в своем величии. Они способны передавать мысли на расстоянии, писать невидимые письма и управлять людьми. Но правда этих теософов ему вовсе не нужна, поэтому он отыскал иного «теософиста» Г. Пурукера, рассказавшего о Махатмах совсем другую «правду». Пурукер засвидетельствовал, что Махатмы «самые здравомыслящие люди на земле, самые кроткие, самые добрые, самые жалостливые, самые сострадательные, более всех стремящиеся к братству, самые мирные и мудрые».

 

Е.П. Блаватская и Г.С. Олькотт

Е.П. Блаватская и Г.С. Олькотт

 

Такие жалостливые слова понравились Андрею Игнатьеву, хотя в них не все сказано. Поэтому он копает глубже, он хочет знать больше диковинных историй о Махатмах, и его знания простираются от глубокой древности, до нашего века, правда с искаженным уклоном в сторону вранья. Начитавшись разных небылиц у любимых авторов, отбросив всякую скромность, Игнатьев выбирает для себя прокурора или обвинителя Блаватской, Махатм и Рерихов в лице французского фальсификатора Рено Генона, а присяжными заседателями А. Андреева, А. Парибока и других буддологов, клюнувших на его удочку, как наиболее надежных критиков Блаватской. С помощью этих ученых он начинает психическую атаку на заслуженных личностей теософии. Игнатьев стремиться низвести их до низкого уровня, разгромить теософию в пух и прах или в худшем случае представить ее обычной религиозной сектой.

 

Не скроем, что в статье А. Игнатьева приведено большое количество ссылок на серьезные научные труды, он исследователь довольно начитанный, но по отношении к Блаватской, Рерихам, Махатмам и Теософскому обществу не объективный. Он любитель преимущественно сомнительных, даже откровенно скандальных книг и опираясь на них, строит свои ложные посылки и заключения. Все это делается для того, чтобы доверчивые читатели, мало знакомые с творчеством Рерихов и Блаватской, ужаснулись от того, с кем они имею дело. Должны опечалить автора. Те работы, на которые он ссылается, давно набили оскомину людям, они не прижились в обществе, не стали авторитетными книгами и пылятся на архивных полках долгие года. Они ждут свою очередную жертву, чтобы ввести ее в заблуждение.

 

Мы не верим Андрею Игнатьеву, что его герои - Блаватская, Рерихи, Махатмы, отрицательные личности, несущие один негатив, как не верим и тому, что его друзья-обвинители такие заклятые враги этих личностей и их Учений. Сомневаемся и в том, что автор прочел все труды своих героев, поскольку его надерганные цитаты не отражают сути деятельности и Учений этих заслуженных людей, не способствуют раскрытию их образов, и не дают желаемых результатов. Для нас главное, чтобы Игнатьев не врал, а говорил правду, чтобы докопался до истины и лишь тогда делал свои заключения. Вот потому его статья получилась однобоким клеветническим памфлетом и принесла науке не пользу, а вред.

 

Игнатьев запутал вопрос о Великих людях, их трудах, жизни, эпохе, но полностью исказить их учения, их благодатный труд, дело их жизни, их светлые образы, ему так и не удалось. Неправда, надуманные обвинения, простой обман, неуважение к соотечественникам и Махатмам, все это разлетается вдребезги при проверке.

 

Для расправы с Махатмами Игнатьев посвятил им большую половину своей статьи. Кем он только их не называет: и начинающими волшебниками, и шефами из фильма «Бриллиантовая рука», и лимонадными Джо, и обманщиками, и людьми, не заслуживающими доверия. Какие только методы не применяет к ним этот полиглот и эрудит, чтобы доказать, что его герои вымышленные личности, а если они и реальные, то похожи на простых, невежественных тибетцев, вырождающихся от своей тупости и низкого уровня жизни. Их величие и знания – фантазия самой Блаватской. Игнатьев не верит в их разум, исключительность и своими писаниями старается низвести их до самого низкого уровня. Он сознательно называет их с маленькой буквы, и не верит, что Адепты занимают высшую ступень в тайной Духовной Иерархии. Для Игнатьева, они не то, что мифические существа из мифической страны Шамбалы, выдуманной Блаватской и Рерихами, которых, как он считает, в природе не существует, а вообще люди простонародья.

 

Очень жаль, что обладая неплохими способностями, знанием индийских языков, индийской культуры, эрудицией и любознательностью, читая в подлинниках мудрые книги Востока, Игнатьев не смог как следует разобраться с кругом вопросов, представленных миру Еленой Блаватской. Он не искал истину, а искал компромат на нее. Даже безобидного Джаджа, одного из основателей Теософского общества, он называет «теософистом-раскольником», и только за то, что тот посмел говорить о Великих Адептах правду.

 

Вот потому его статья вышла однобокой, лица, представленные в ней, неправдивыми, просто сомнительными личностями, а сам автор показал себя не со светлой, а с темной стороны. Читателям больше не хочется читать другие его книги, в них такие же сплетни и фантазии.

«Неуемная фантазерка и авантюристка»

Решение Игнатьева привести в пример высказывания Анни Безант о Махатмах, их переписке и способностях передавать письма необычным способом, заслуживает внимания, но он делает это не для подтверждения их способностей, а для компрометации и насмешек.

 

Е. П. Блаватская - "Сфинкс 19 столетия". Фото Энрико Реста_2. Лондон, 8 января 1889. Архив ТО в Англии.

Е. П. Блаватская - "Сфинкс 19 столетия".

Фото Энрико Реста_2. Лондон,

8 января 1889. Архив ТО в Англии.

 

Вот как пишет об этом наш правдолюб: «Впрочем, гораздо большую известность получили не эти «рандеву», а загадочные письма махатм, часть из которых впоследствии вошла в знаменитый сборник, о котором ниже. Как утверждала Анни Безант, письма «приходили самыми разными способами: по почте, неожиданно появляясь на столе, падая из воздуха и так далее. 10-го февраля 1882 года видели, как письмо падало перпендикулярно земле, на открытом воздухе, в десяти шагах от кресла мадам Блаватской и в семи – от маленькой группы, которая наблюдала его падение» [8].

 

Наверное, после такого сообщения надо было бы признать за Махатмами необычную способность не только передавать письма, но и управлять человеческими мыслями; надо было бы признать их людьми высокого духа и знаний, способных своими мыслями продвинуть развитие нашего общества на несколько ступеней вперед. Но этого не случилось, и Игнатьев в позе мудреца снова указывает на их ошибки и разными сомнительными источниками старается сбить читателей с толку.

 

Вот как рассказывает Елена Петровна в письме от 05.12.1881 года Дондукову-Корсакову о своем Учителе, которого Игнатьев высмеивает и опускает ниже простого смертного.

 

«В Англии я видела его только дважды, и в последнюю нашу встречу он сказал мне: «Ваша судьба лежит в Индии, но это случится позже, через 28 или 30 лет. Отправляйтесь туда и посмотрите эту страну». Я отправилась — почему, я не знаю! Я была словно во сне. Я пробыла там около двух лет, путешествуя, каждый месяц получая деньги — от кого, я не имею представления, и честно следуя данному мне напутствию. От того индуса я получала письма, но за эти два года я не видела его ни разу. Когда он написал мне: «Возвращайтесь в Европу и делайте что хотите, но всегда будьте готовы вернуться» — я предприняла свое путешествие на Гвалиоре, потерпевшем кораблекрушение около Кейпа (Саре), но я и еще примерно двадцать человек спаслись. Почему этот человек имел на меня такое влияние? Причины я до сих пор не знаю. Но если бы он сказал мне броситься в бездну, я не колебалась бы ни секунды. Я боялась его и сама не знала, почему — ибо никто не был в обращении благороднее и проще, чем он».

 

Чтобы узнать об этом человеке больше, Блаватская советует князю Дондукову-Корсакову прочитать «Джунгли Индостана» в «Московских новостях», где она выступает под псевдонимом «Радда-Бай». Ее индус фигурирует там под именем «Такур Гулаб Сингх». Там он узнает, что совершал ее Учитель, и какие необычайные явления с ним связываются. Особенно рекомендует прочесть письмо XX («Московские новости» от 27 апреля 1880, N 115) и письмо XXI (NN 117, 129). Для нас правдивый источник - это ее книга «Письма из пещер и дебрей Индостана», в которой ее Учитель М. выведен в образе Такур Гулаб Синга.

 

Теперь, говорит Блаватская, Он навсегда покинул Индию и поселился в Тибете, в любой момент она может отправиться туда, хотя ни Пржевальский, ни любой из англичан не проникнул в эту страну, и из Тибета Он переписывается с англичанами, состоящими в Теософском Обществе.

 

В письме к родным (Нью-Йорк 1875-1876) Блаватская пишет об этом человеке так: «Я всегда узнаю Учителя и часто говорю с ним, не видя его непосредственно. Как получается, что он в состоянии услышать меня отовсюду, и что я тоже по двадцать раз на дню слышу его голос через моря и океаны? Не знаю, но это так. Не берусь с уверенностью утверждать, что это он сам входит в меня: если это не он сам, то значит это — его сила, его влияние. Я сильна только его силой, без него я просто ничто».

 

Согласится с тем, что эти личности не представляют никакого интереса для науки и истории, мы не можем.

 

Очень предвзято оценивает Игнатьев и деятельность Блаватской в Америке.

 

Он называет Елену Петровну «неуемной фантазеркой и авантюристкой», симулирующей контакты с великими духовными учителями Востока. Смелые слова, но сказаны они не человеком науки, не буддистом, возможно даже и не настоящим ученым, а скорее любителем Востока и недоброжелателем Блаватской, Странным является и то, что Игнатьев не верит простым истинам и давно доказанным фактам. Он, например, не верит в то, что Блаватская еще в детстве ощущала покровительство Махатм, поддерживающих ее, и направляющих на правильный путь. Они дважды, если не больше, спасали ее от неминуемой смерти. Известные факты, которые подтверждают десятки авторов, - о спасении Блаватской от гибели «Учителем-индийцем», о встрече с Ним в Лондоне в 1852 году, когда Он находился в окружении премьер-министра Непала, - Игнатьев ставит под сомнение. До поездки в Индию, твердит буддист, ни о каких «гималайских наставниках» не было и речи, а их место занимали совсем другие «учителя». Не признает он и духа Джона Кинга, ее друга и помощника, помогавшего Блаватской в Америке. Со ссылкой на Генона, Игнатьев делает предположение, что под именем Джона Кинга скрывался живой человек во плоти и крови. Скорее это был член масонской ложи, который направил Блаватскую в Америку для встречи с Олькоттом - говорит он.

 

Андрей Игнатьев совсем не понимает Блаватскую, и не только как мудрую женщину, писательницу, смелую ученную, востоковеда и философа, но и как высокую духовную сущность, интеллектуальный мир и необычайные способности которой значительно выше других. Он смотрит на нее простецкими глазами, которые глядят, но не видят, оценивает ее с позиций обывателя, а не творческого человека, родственного по духу, вот потому происходит искажение ее образа и даже подмена. Игнатьев не рассмотрел в ней высшее существо. Такое происходило и с Олькотом, пока он не разобрался, в чем состоит секрет Блаватской и не раскрыл тайну ее внутренних сил.

 

«...Я любил в ней другое, высшее существо, в высокой степени таинственное и чудесное! Несмотря на видимое полное доверие между нами, на совместную жизнь и ежедневную общую работу в течение 17 лет, до последнего дня своей жизни она продолжала оставаться для меня загадкой. Иногда мне казалось, что я уже достаточно хорошо ее знаю, но вслед за тем я убеждался, что в ней таились еще большие глубины, неведомые мне. Я никогда так и не знал, кто же она, я имею в виду не ее происхождение — внучка генерала Фадеева и княжны Долгорукой, — а загадку ее индивидуаль¬ности, писавшей книги и совершавшей чудеса» (9).

 

Приведем еще одно его свидетельство о Блаватской, о том, как она писала «Разоблаченную Изиду. Для Олькотта это было очень интересно и поучительно. «Не знакомая с грамматикой английского языка и литературными приёмами, обладая умом, абсолютно неподготовленным для такой постоянной бумажной работы, но наделённая безграничной храбростью и мощью непрерывной умственной концентрации, в которой ей не было равных, неделями и месяцами она медленно двигалась к своей цели, выполняя приказы своего Учителя. Этот литературный подвиг превосходит все её феномены» (10).

 

Разумный человек все понял, оценил и написал правду. Наш автор – особенный, он совсем не хочет понять Блаватскую, он работник по другому ведомству – прокурорскому, и его задача обвинять, а не понимать, признать виновной, и доказать это, потому что миссия Игнатьева заранее спланированная и одобренная бесом.

 

В своем критическом опусе Игнатьев использует сомнительный литературный прием: вместо того, чтобы самому выступить с открытым забралом против гениальных людей – Блаватской, Рерихов и Махатм, прикрываясь Геноном, Элифасом Леви, Андреевым и другими мифотворцами, Игнатьев атакует их чужими руками, чужим подлым оружием – блудословием. В пылу битвы, автор и не заметил, как договорился до того, что начал путать события жизни Блаватской, даже не назвал ее работ, над которыми так много трудилась Елена Петровна. Для него не ее творчество главное, а ее личность, помощники, друзья, Махатмы и Теософское общество, которых он намерен очернить.

 

Прячась за спину Генона, Игнатьев создает новую легенду о создании Теософского общества, чем вызывает у читателя не то что удивление, а даже неуважение к себе, как историку и буддологу. Для этой цели он выводит на арену теософского мира некую сомнительную личность – Джорджа Х. Фельта, представляющегося «профессором математики и египтологии», хотя к этим наукам он не имеет никакого отношения. Именно этот Фельт, твердит Игнатьев, предлагал назвать Теософское общество - «египтологическим».

 

Однако Блаватская, говорит автор, и ее сподвижники предпочли первое название, поскольку его предложил спонсор Теософского общества Генри Дж. Ньютон. Фельта Игнатьев убирает с поля зрения очень быстро. О каком спонсоре Теософского общества идет речь, когда известно, что оно было создано по рекомендации Махатмы Кут Хуми, поддержано Олькоттом и Блаватской и существовало на их же деньги и деньги индийских спонсоров? Об этом свидетельствуют в своих трудах и письмах Блаватская, Олькотт, Синнет, Джадж и другие руководители и члены Теософского общества.

 

Читателям неприятно, что Андрей Игнатьев критикует Блаватскую необъективно, не заслужено и навешивает на нее разные обидные ярлыки. То он предъявляет к ней претензии за то, что в книге «Разоблаченная Изида» она будто бы ни словом не обмолвилась о Махатмах, а «реинкарнацию назвала крайне редким явлением», хотя его слова мы ставим под сомнение. То говорит о том, что Блаватская самовольно поместила Махатм в область Тибета, тогда как они должны были проживать на Северо-западе Индии.

Блаватская дважды побывала у Махатм

Не соответствует действительности и его утверждение, что Блаватская не жила в Тибете. Действительно, Тибет в ту пору был недоступной для иностранцев, совершенно закрытой страной, но для Блаватской Тибет оказался открытым. Это мы узнаем из ее книги «Из пещер и дебрей Индостана» и писем к князю Дондукову – Корсакову [11].

 

Блаватская дважды побывала у Махатм, в их стране Шамбале, а испытательный срок челы проводила в Тибете и Индии. Мы считаем, что Андрей Игнатьев и его компания – Рене Генон, П. Вашингтон, А. Андреев, А. и случайно попавшие туда современные ученые А. В.Парибок, А Тереньев в данном случае сильно ошиблись в своих выводах.

 

Не подтверждается и факт, что «сама Блаватская тибетским языком не владела, да и о буддизме у нее представление было самое, что ни на есть, смутное». По представлению Игнатьева Блаватская, о «восточной духовности» имела весьма смутные и путаные представления.

 

Вот тебе на! Блаватская посвятила Тибету половину своей жизни, написав о нем такие шедевры как «Тайная Доктрина» в 3-х томах и массу научных статей. Автору надо было бы прочесть хотя бы «Введение» Блаватской к первому тому «Тайной Доктрины» и «Пролог к станцам доисторического рекорда» [10], чтобы убедиться, что перед ним гениальная личность, тонкий знаток философии и культуры Тибета, человек-творец и легенда Х1Х века.

 

Блаватская владела тибетским, индийскими языками, а буддизм, его культуру, историю и философию знала лучше мировых ученых своего времени. Она была величайшей ученой всех времен и народов, а ее трехтомная «Тайная Доктрина» - шедевр духовной культуры всего мира. Тягаться Андрею Игнатьеву с такой глыбой по уму и знаниям восточных учений, восточной культуры: философии, религии, теософии и тайных наук – дело очень сомнительное, своими знаниями она посрамит его вместе с его единомышленниками. Поэтому, мнение современного буддолога А.А. Терентьева по поводу статьи Блаватской - «Тибетские учения», приводимое Игнатьевым в своей статье, ложное от начала до конца, как и книги других авторов, упоминаемых Игнатьевым в его статье.

 

 

Давайте послушаем, что говорит о себе эта великая женщина во втором письме к князю Дондукову- Корсакову от 05.12.1881 года:

 

«Я быстро выучила санскрит и пали; скоро я буду читать им лекции на этих двух языках. Сингальцы выбрали меня арбитром в вопросах религии. На Цейлоне есть две секты — сиамская и секта Амарампуры, обе они буддистские, но постоянно враждуют. Я примирила их после 700 лет ссор. Я обсуждала с ними религиозные проблемы и объясняла им тот или иной метафизический предмет, упоминаемый в Трипитаке и Абхидхарме - буддистских писаниях. Как я могла разбираться в этих предметах, столь метафизических и абстрактных? Ах! Тут великая тайна. Но я чувствую, что в состоянии убеждать величайших санскритских ученых, побеждать в публичной дискуссии и браминов, и буддистов, собаку съевших на своих писаниях. Взгляните только на мой журнал «The Theosophist», ежемесячник, который я редактирую и издаю в Бомбее — величайшие пандиты (ученые люди, астрологи, богословы и т.п.) пишут и принимают нашу критику и наши замечания с почтением. Где я этому научилась? Может быть, в другом воплощении, но факт в том, что я все это знаю».

 

Что можно сказать Андрею Игнатьеву после таких прекрасных слов Елены Блаватской – гения Восточной мудрости? Наверное, что ему еще долго расти надо и много учиться на ее книгах.

Много грязи вылито на Великих Махатм

Много грязи вылил Игнатьев на головы Великих Махатм, которых он, словами П. Джонсона, Р. Генона, А. Андреева, других членов этой пиратской компании, низводит до кашмирских махарадж, радж и архатов периода буддизма. Разбирая книгу «Письма Махатм» глазами этих литературных фантазеров, Андрей Игнатьев не жалеет черной краски. Поэтому в его статье все герои этой великой книги становятся похожими на самого автора статьи, на Генона и других соучастников этой веселой компании. Все, что можно было сказать плохого об этой книге, ее создателях и о Блаватской, Игнатьев без всякого стеснения сказал, так что читателю после чтения его «эпохального» труда, обязательно надо помыть руки хозяйственным мылом.

 

А вот, Чарльз Джонсон, ученик Блаватской, весной 1887 года, после беседы с ней на темы теософии и спиритизма сказал совсем другие слова: «… сама Е.П.Б. была намного более величественна, нежели все ее труды, и гораздо более убедительна, нежели самые талантливые ее сочинения. Именно это несомненное и восхитительное ощущение присутствия ее гения, исходящего от нее яркого света и живительной вибрации стало залогом ее величайших достижений и важнейших успехов. И самым важным ее достижением было явственное ощущение бессмертия, которое вызывала у окружающих ее необыкновенная воля. Само ее присутствие свидетельствовало о всепобеждающей силе души» (12). Эти слова в комментариях не нуждаются.

 

Заметим, что Елена Петровна не боялась клеветников и доносчиков, их сплетен и грязи. Она была смелая женщина и вступала в поединок с любым недоброжелателем, зная, что победа будет за ней, потому что она права. Вот, что пишет Блаватская своей знакомой госпоже Лэметр:

 

«12 декабря 1888 г. Лондон. Дорогая г-жа Лемэтр! Теософское Общество, внешне совершенно обветшавшее, в основе своей незыблемо; фундамент его - несокрушимая скала, игнорирующая людскую клевету и бессильные попытки поколебать ее. Боюсь ли я грязи, которую швыряют мне в лицо? О господи! Да я настолько к ней привыкла, что начинаю пользоваться ею вместо мыла. Пусть швыряются, с каждым новым броском я становлюсь лишь еще чище для тех, кто меня знает. Я никогда никому не причиняла вреда и потому никого не боюсь и предоставляю все карме». Слова Блаватской, что грязью недоброжелателей она пользовалась вместо мыла, вызывают у нас одобрение и улыбку.

 

А вот рассказ Елены Блаватской о своих новых знаниях восточных и других наук и как они приходят к ней. В письме к Надежде Фадеевой, своей родной тете, в 1875 году она пишет:

 

«Вы только представьте себе: я, никогда в жизни ничего не изучавшая, не обладающая ничем, кроме поверхностных сведений самого общего характера, никогда не имевшая ни малейшего представле¬ния о физике, химии, зоологии и вообще ни о чем, теперь вдруг стала способна писать целые диссертации по этим предметам. Я вступаю в дискуссии с учеными мужами, в диспуты, из которых часто выхожу победительницей... Это не шутка, я совершенно серьезна, я не понимаю, как это все получается.

 

Это правда, что вот уже почти три года я днем и ночью все штудирую, читаю, размышляю. Но что бы мне ни случилось прочесть, все это кажется мне уже знакомым... Я нахожу ошибки в ученейших статьях, в лекциях Тиндаля, Герберта Спенсера, Гексли и других. Если какому-либо археологу доводится вызвать меня на спор, то при прощании он непременно заверяет меня, что я разъяснила ему значение различных памятников и указала ему на такие вещи, которые ему никогда не пришли бы в голову. Все символы древности с их тайными смыслами приходят мне на ум и стоят перед моим мысленным взо¬ром, как только в беседе заходит о них речь.

 

Один ученик Фарадея, профессор X., которого в ученом мире единодушно окрестили «отцом экспериментальной физики», провел со мною вчерашний вечер и теперь уверяет меня, что я способна «за¬ткнуть за пояс самого Фарадея». Может быть, все они — просто глупцы? Но ведь нельзя предположить, будто и друзья и враги объединились, чтобы выста¬вить меня светилом науки, если все, что я делаю, окажется на поверку лишь моими собственными ди¬кими теориями.

 

Но в доме моем постоянно, с утра до вечера, толпятся всевозможные профессора, доктора наук и доктора богосло¬вия... Например, есть тут два еврейских раввина, Адлер и Гольдштейн, причем оба считаются вели-чайшими талмудистами. Они наизусть знают кабба¬лу Симона Бен Йохая и «Назорейский кодекс» Бардезана. Их привел ко мне г-н А. — протестантский священник и комментатор Библии, надеявшийся, что они докажут, что я заблуждаюсь по поводу одной формулировки в халдейской Библии Онкелоса. И чем все кончилось? Я их победила. Я цитировала им целые фразы на древнееврейском и доказала равви¬нам, что Онкелос — один из авторитетов вавилонской школы».

 

После таких проникновенных слов Андрею Игнатьеву надо было бы уменьшить свой пыл, даже покаяться за неправду. Видимо он не знает, как был тяжел ее труд, как давались новые открытия и создавались великие произведения – Разоблаченная Изида, Тайная Доктрина, Теософский словарь, Ключ к теософии, Голос безмолвия и другие. Это был адский труд, равносильный рудокопу. Где здесь невежество, господин Андрей Игнатьев?

 

А вот, что пишет Елена Блаватская князю Дондукову - Корсакову в том же письме о своем литературном труде: «С каждым днем я старею - быстрее, чем другие, из-за огромной работы и ответственности, лежащей на моих плечах. Я могу умереть со дня на день - какую же прибыль, какое благо принесут в результате мои труды, эта геркулесова работа?».

 

Нет смысла дальше комментировать статью Андрея Игнатьева о Блаватской, Махатмах и Рерихах, это не статья, а клеветнический донос в царское отделение охранки на невинных и порядочных людей. За такой «шедевр» в старое время авторов награждали высокими царскими орденами. Мы допускаем, что Андрей Игнатьев поет свои клеветнические «песни» под чужую дудку, невидимую, но очень влиятельную, иначе он не смог бы так безнаказанно порочить Семью Великих Рерихов, Блаватскую, Махатм, их учения, теософское движение, творческий дух и авторитет в мире. Какая-то невидимая рука хочет развалить то светлое, что веками создавалось в России и во всем мире. Его статьи и книги против наших духовных ценностей - агрессивные, не правдивые и направлены на развал всего Рериховского Движения. Почему же мы, наследники духовного и материального наследия Великих Учителей, позволяем какому-то нечистоплотному «изыскателю» так безнаказанно плевать в нашу душу? Почему молчат Рериховеды России, Рериховских обществ и Музеев, почему не поставят клеветника на свое место и не дадут ему очернить и развалить святое дело Рерихов и Блаватской? Очень надеюсь, что наши активисты, ученые, общественные деятели, любители и ценители их жизни и творчества, подадут свой мужественный и патриотический голос для того, чтобы дать достойный отпор клевете и разбою.

 

Правда, в защиту Рерихов выступили два ученных – Е.В. Скородумов и Б.Ю. Соколова в статье «Искаженный мир Андрея Игнатьева» [13]. Статья их объективная, нужная, злободневная, и направлена против злоумышленника, фальсификатора Андрея Игнатьева, использующего свои знания Востока, индийской культуры для того, чтобы принизить мировых личностей, разнести в пух и прах их достижения в мировой науке и культуре. Но этого очень мало, должна быть не одна статья, а с десяток, которые бы вели свою пальбу по фантазеру со всех видов литературного оружия, включая и тяжелую артиллерию: фельетоны, памфлеты, едкие критические статьи. Иначе он принесет нашей культуре немало вреда. По существу, Игнатьев воюет с добром, правдой, с людьми, объединивших общество вокруг мировых ценностей – науки, искусства, Восточной и Европейской мудрости.

 

Андрей Игнатьев заблудился в своих знаниях. Он переоценил свою силу, как специалиста по Востоку, как переводчика и талантливого писателя, и недооценил знания, духовного могущество выдающихся личностей – Блаватской, Рерихов и Махатм. Вместо того, чтобы самому прокладывать дорогу к высокой науке, делать открытия в области духовной мысли, просвещать людей, учить их мудрости, доброте, почитанию русских и мировых гениев, он своим творчеством вносит смуту в человеческие души и оставляет о себе очень неприятное мнение.

 

Е. П. Блаватская. Первая половина 1887, дом Мэйбл Коллинз, Мэйкот, Кроунхилл, Норвуд.

Е. П. Блаватская. Первая половина 1887, дом Мэйбл Коллинз,

Мэйкот, Кроунхилл, Норвуд.

 

Буддологу Игнатьеву, прежде чем дорасти до авторитета Блаватской и Рерихов, надо не переписывать чужие мысли из плохих книг, не вносить раздор в духовные общества, в души людей, а создать что-то свое, новое, и такое, чтобы о нем заговорили не только в России, но и во всем мире. Пусть он докажет, что его любит народ так, как любили Блаватскую индусы, и тогда мы поверим, что он настоящий творец и гений. Его догмы по низложению Великих личностей, их учений и заслуг перед миром, не то что не выдерживают критики, они нам смешны, они надуманы и нелепы. Елена Блаватская в статье «Что есть человек?», прояснила, чем занимаются теософы и какие у них принципы: «Теософы не признают никаких догм, предвзятых идей или принципов, которым все должно подчиняться. Они мудро и искренне ищут истину и готовы принять ее из любого источника, даже пожертвовав тем, что признавали до сих пор. Чему бы они ни учили в настоящий момент, они далеки от мысли, что разрешили все проблемы. Такое притязание было бы равносильно всезнанию, и это было бы просто смешно».

 

Автор статьи о Блаватской, Рерихах и Махатмах считает этих заслуженных людей пассивными орудиями в руках вымышленных идей и учений. Ответ на такие обвинения мы находим в указанной уже статье Блаватской, где она пишет такие слова: «Теософы считают, что все великие личности, гении, поэты и истинные художники спиритически вдохновляемы и не являются - по крайней мере, в своей общей массе - просто медиумами, пассивными орудиями в руках их водителей. Напротив, они являются всецело просветленными душами, в высокой степени обладающими духовным элементом и поэтому способные сотрудничать с чистыми духами, во имя одухотворения и совершенствования человечества».

 

Мы считаем Андрея Игнатьева мифотворцем, амбициозной личностью, не внушающей доверия. «Да, буддисты смотрят на меня как на божество, спустившееся с облаков, - пишет Блаватская Дондукову-Корсакову. Я не могу запретить им, сколь много ни стараюсь, падать передо мною ниц — носами в пыль — там, где ступали мои ноги». [14].

 

Падать носами в пыль перед таким недобросовестным ученым, у читателей нет никакого желания. Скорей им хочется все его книги и статьи, в которых есть клевета на гениальных и святых людей, выбросить в мусорный ящик. Они не способствуют объединению людей, не дают позитивного заряда для творчества. Скорее все они заставляют задуматься каждого, что может сделать с человека его гордыня, его преувеличение своих сил и возможностей.

 

Не то что не нескромно, даже не порядочно нападать на своих соотечественников, людей с мировыми именами, внесших огромный вклад в сокровищницу мировой науки и культуры. Надо не крушить, не на их костях создавать себе имидж великого ученого, а искать свое место в жизни своим благородным трудом, знаниями, только тогда можно будет осчастливить человечество новыми открытиями. Не надо пользоваться работами, которых не признает народ и история, оценка им уже давно дана и возврата назад не будет. Никому не удастся поколебать заслуг Блаватской, Рерихов, в том числе и Махатм перед миром, они будут светить своим духовным светом вечно.

Елена Рерих о Е.П. Блаватской и Махатмах

Для опровержения лжи о Елене Блаватской и Махатм, мы решили привести высказывания великой русской женщины, автора замечательных произведений, переводчицы главных трудов Блаватской на русский язык – Елены Ивановны Рерих, свидетельствующей о величии и бессмертии этой русской ученой и писательницы. Эти высказывания полностью опровергают инсинуации Андрея Игнатьева, направленные на подрыв авторитета гениальных личностей, внесших свой вклад в духовную сокровищницу России и всего человечества.

 

«Именно Елена Петровна Блаватская была Огненной Посланницей Белого Братства. Именно она была Носительницей доверенного ей Знания. Именно из всех теософов лишь Елена Петровна Блаватская имела счастье получить Учение непосредственно от Великих Учителей в одном из Их Ашрамов в Тибете. Именно она была Великим Духом, принявшим на себя тяжкое Поручение – дать сдвиг сознанию человечества, запутавшегося в мёртвых тенетах догм и устремлявшегося в тупик атеизма… Я преклоняюсь перед великим духом и огненным сердцем нашей соотечественницы и знаю, что в будущей России имя ее будет поставлено на должную высоту почитания. Е.П. Блаватская, истинно, наша национальная гордость. Великая Мученица за Свет и Истину. Вечная Слава ей!». [13].

 

Е.И. Рерих. Наггар, Индия, 1930г.

Е.И. Рерих. Наггар, Индия, 1930г.


«…такая гениальная душа заслуживает самого бережного к ней отношения, и тем более для уявления её русскому народу, почти ничего не знающего о ней. Она была большой патриоткой и страдала, что ей придётся жить и умереть на чужбине. Подвиг её был велик: одинокая, всеми преследуемая, всеми и во всём подозреваемая, без средств, без знания языка прибыла она в Америку, чтобы явить миру прекраснейшее Сокровенное Учение, дать впервые религиозно-философский синтез всех времён и народов, создать международный Братский Союз, дать величайшее счастье знания о существовании Великих Хранителей и Водителей нашего человечества и пути к Ним. Кто не преклонится перед нею, принявшей на себя такой подвиг среди бездны невежественных отрицаний, подозрений и гонений? Истинно, она была мученицей за уявленное ею новое спасение человечеству в эпоху удушающего и разлагающего материализма. Но это мучительство сплело ей новый прекрасный ВЕНЕЦ. Пошлём ей наше восхищение, нашу признательность и нашу любовь. [16].

 

<…> «Вас смущает фраза: «Мы искали тысячелетия, прежде чем нашли дух...», но мне кажется, что эта фраза в оригинале звучит иначе. Насколько припоминаю, смысл этой фразы тот, что Учителя должны были ждать долгое время, прежде чем Они нашли подходящий физический организм среди западной народности для той великой миссии, которую Они должны были вручить воплощающемуся в него ученику и собрату. Ведь организм Е.П. Блаватской был совершенно исключительный, и всё же и он мало соответствовал высоте духа, в нём воплощённого, отсюда и её болезни, и временами некоторое неравновесие, которое невежды и враги её старались всячески раздуть для умаления этой большой души. Несомненно, Е.П. Блаватская именно тысячелетия работала с Силами Света и всегда находилась под Их Лучом, и именно она должна была принести «Тайную Доктрину» и дать новый сдвиг сознанию человечества. Многие века работала она в этом направлении, и по праву настал её черёд принять «чашу». [17].

 

<…> «Люди не ведают законов перехода и как самый подъём в лучшие сферы зависит от благоприятных космических условий и состояния духа, уходящего с земного плана. Кроме того, срок ухода иногда влияет на воз-можность получения лучшего тела для ново¬го воплощения. Так в случае Е.П. Блаватской Великие Учителя могли спасти и удлинить её жизнь, ибо она не закончила тогда свой основной труд, «Тайную Доктрину», но Они предпочли уявить её на уходе из-за благоприятных космических условий и некоторых нужных Им стечений земных обстоятельств и событий. Этот преждевременный уход дал ей возможность получить новое прекрасное тело, на этот раз мужское, и родиться в тот срок и в тех условиях, которые помогли ей или ему в физическом теле достичь Ашрама. Потому, родная, утвердимся всем сердцем, всем разумением нашим на доверии к Муд¬рости и Любви Великих Учителей. Они ведают лучший срок для каждого ученика. Научимся ещё в земном теле жить сознанием в двух мирах, именно, осознаем Мир Надземный как более реальный, нежели наш земной, и несказуемо Прекрасный для чистого сердца, устремлённого к Добру и Красоте» [18].

 

<…> «Вы хотите начать очерки о Блаватской, это очень ценно и по времени. Но, родная, не торопитесь и уявите тщательную подготовку и ознакомление со всеми её трудами, их очень много, со всеми её биографиями и её перепискою. Также следует узнать и сотрудников её, чтобы понять атмосферу, её окружавшую, и всю жертвенность ее жизни. Вы прекрасно выразились, что Блаватская жила в четырех измерениях, и потому никогда не упускайте из внимания это Ваше осознание при оценке её сложной натуры». [19].

 

<…> «Как видите, нужно много прочесть, но такая гениальная душа заслуживает самого бережного к ней отношения, и тем более для уявления её русскому народу, почти ничего не знающему о ней. Она была большой патриоткой и страдала, что ей придётся жить и умереть на чужбине».[20].

 

Заключение

 

Нет необходимости приводить другие примеры, слова других великих людей о Елене Блаватской и Махатмах, свидетельствующих о гениальности русской женщины и великих духовных сущностях Махатмах, которых так старается очернить современный исследователь и мифотворец, преданный ученик фальсификатора Рено Генона, - Андрей Игнатьев. Для своих неблаговидных целей, Игнатьев перевел на русский язык клеветническую книгу Генона ««Теософизм: История одной псевдорелигии» и выложил ее на своем сайте. Задача почитателей и любителей творчества Блаватской и Рерихов дать этой книге, как и книгам Андрея Игнатьева, надлежащую оценку, чтобы неправда, клевета и фальсификация не вносила в наши души смятение и печаль.

 

Хотим напомнить читателям, что Теософия – это не псевдорелигия, как утверждают Генон и Игнатьев, а «божественная мудрость», направленная на просвещение человека и приобщение его к великим тайнам мира. В основе происхождения мира лежит Первопричина или Абсолют, которые исследует теософия. Все существующее во Вселенной, в том числе человек, несёт в себе частицу Первопричины. Человек имеет возможность соединиться с Первопричиной. Учение Е. П. Блаватской опирается на индийскую философию: буддизм, индуизм и брахманизм и другие источники. Цель теософии - спасти от извращения архаические истины, являющиеся основой всех религий, раскрыть их единую основу, указать человеку его законное место во Вселенной. Самым важным для теософии, по словам Блаватской, это очищение душ, облегчение страданий, моральные идеалы, соблюдение принципа Братства человечества. Елена Петровна не называла себя творцом системы, а лишь проводником Высших Сил, хранителем сокровенных знаний Учителей, Махатм, от которых она получила теософские истины. Главными проблемами теософии являются: происхождение Вселенной; Человек; Учение о реинкарнации; Закон Кармы; Братство Человечества; Философская концепция теософии; Социально-историческая концепция: Влияние теософских идей на человечество. Им Блаватская посвятила свою жизнь.

 

В книге Георгия Чистякова «Над строками Нового Завета» есть такая глава – «Margaritas ante porcos» («На давайте святыни псам»). Эти слова взяты из Евангелия от Матфея, и звучат они так: «Не давайте святыни псам, и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас» (Мф.7:6). Что хотел сказать нам Иисус этими словами? Бытуем мнение, согласно которому здесь говорится о недопустимости посвящать посторонних в тайны тех «разделов» вероучения христиан, которые назывались некогда disciplina arcana, т. е. «скрытое учение». Это касалось таинств, в которых не должны были участвовать те, кто не был в них посвящён. Видимо отсюда диаконский возглас: «Двери, двери!» – во время Литургии. Перед началом евхаристического канона двери должны были запираться, чтобы никто из чужих, не вошёл в храм. Казалось бы, все логично и все правильно.

 

Но может ли Иисус, Который учит нас чуть ли не на каждой странице Своего Евангелия, бережному и уважительному отношению ко всякому человеку, его труду и учению, называть кого-то «псами» или «свиньями»? Думается, что не может. А вот назвать такими словами искусителя, Диавола, хулителя и разрушителя его учений - может. Во время искушения на крыле храма, Иисус сказал нечистому: «Отойди от Меня, сатана, ибо написано: «Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи» (Мт:4-10). Этими словами искуситель был побежден.

 

Такие слова Иисуса можно смело отнести к нашим личностям Рено Генону и Андрею Игнатьеву, великим фальсификаторам, несправедливо нападающим на учения Блаватской и Рерихов, чтобы разрушить их.

 

Мы верим, что массированные атаки на теософию, ее Великих Учителей – Махатм, на Блаватскую, Рерихов, теософов, закончатся полным провалом. Ложные обвинения, искажения и клевета уйдут в небытие вместе с их творцами.

 

Литература

 

1. Андреев А.И. Гималайское братство: Теософский миф и его творцы (Документальное расследование). – СПб.: Изд-во С.Петерб. ун-та, 2008.
2. Андрей Игнатьев. Миф о махатмах в теософизме Е. Блаватской. Интернет.
3. Рено Генон. Теософизм: История одной псевдорелигии. Интернет.
4. Вашингтон П. Бабуин мадам Блаватской. – М.: КРОН-ПРЕСС, 1998
5. Андрей Игнатьев. Миф о махатмах в теософизме Е. Блаватской. Интернет.
7. А. В. Парибок. Великие учителя Тибета. М. Институт общественных исследований. 2003.
8. Андрей Игнатьев. Миф о махатмах в теософизме Е. Блаватской. Интернет.
9. Г. Олькотт. Листы старого дневника. Гл. ХIII.

http://www.lomonosov.org/article/listy_starogo_dnevnika_13_14.htm
10. Там же.
11. Блаватская Е.П. Письмо № 2 Дондукову-Корсакову. 5.11.1881.
12. Ч. Джонсон. Беседа с Е.П. Блаватской. Интернет.
13. Е.В. Скородумов., Б.Ю. Соколова. Искаженный мир Андрея Игнатьева. Интернет.
http://www.icr.su/rus/protection/reviews/Skorodumov_Sokolova.php
14. Блаватская Е.П. Письма. Дондукову-Корсакову. 05. 11. 1881. № 2.

15. Елена Рерих. Письма. В.А. Дукшта-Дукшинской, 08. 09. 1934. т. 2, стр. 355. 16. Елена Рерих. Письма. Е.И Рерих - В.Л. Дутко. 14.05.45, т. 7, стр. 233-234. 17. Елена Рерих. Письма. Е.И. Рерих – Е.П. Инге.12 января 1940. 18. Е.И. Рерих. Письма. 2 февраля 1945. З.Г. Фосдик и Д. Фосдику. 19. Е.И. Рерих. Письма. Е.И. Рерих – В.Л. Дутко. 14 мая 1940. 20. Е.И. Рерих . Письма. Е.И. Рерих – В.Л. Дутко. 14 мая 1940

 

06.04.2015 10:22АВТОР: Сергей Целух | ПРОСМОТРОВ: 905




КОММЕНТАРИИ (0)

ВНИМАНИЕ:

В связи с тем, что увеличилось количество спама, мы изменили проверку. Для отправки комментария, необходимо после его написания:

1. Поставить галочку напротив слов "Я НЕ РОБОТ".

2. Откроется окно с заданием. Например: "Выберите все изображения, где есть дорожные знаки". Щелкаем мышкой по картинкам с дорожными знаками, не меньше трех картинок.

3. Когда выбрали все картинки. Нажимаем "Подтвердить".

4. Если после этого от вас требуют выбрать что-то на другой картинке, значит, вы не до конца все выбрали на первой.

5. Если все правильно сделали. Нажимаем кнопку "Отправить".



Оставить комментарий

<< Вернуться к «Недобросовестные СМИ »